Loading...
Альпинизм

Эльбрус с Запада

Предыстория.

В прошлом, 2010 году,  в качестве проводника для клиентов одной  фирмы мне удалось побывать на Эльбрусе. Сходил несколько раз на Западную вершину с Юга и один раз с Запада.  В этом сезоне также решил подработать и сводить одну группу с Запада. Собственно, причиной написания статьи послужило то, что достаточно подробной информации о маршруте с Запада не нашлось. Надеюсь, написанное здесь будет кому-нибудь полезно.

Александр Летников

Вначале я позвонил своим знакомым альпинистам и спросил:

—  Вот, веду с Запада народ, кто-нибудь знает, как туда идти?

Никто из знакомых ничего не знал, а один сказал, что по его мнению вести необученный народ по этому маршруту не разумно.
После этого я обзвонил всех знакомых туристов, они-то точно должны знать, эти люди Кавказ знают хорошо. Все знакомые сказали, что никогда не ходили на Эльбрус с Запада и тоже удивились, что я веду туда новичков. Я насторожился. Что-то слишком часто все удивляются. Случайно встретив одного очень опытного альпиниста спросил у него, он улыбнулся и сказал, что его фирма водит на Эльбрус, но с Запада не поведет никогда, так как там подход — уже приключение, а восхождение не для новичков…
В итоге вести людей мне все же пришлось и я поехал на Кавказ. Так как статья про восхождение этого года, скажу сразу итог:  с трудом, но я нашел, полагаясь на интуицию и разум, подход под маршрут. Мы взошли, в группе была очень разговорчивая девушка, когда мы уже спустились, девушка все же сломала ногу. И самое важное, предварительно объевшись сыром и айраном, мы все живые и целые вернулись домой.

В этом году я уже знал маршрут, все его нюансы и опасности. Из хорошего было еще то, что со мной помощником при восхождении будет мой старый друг Макс, с которым мы начинали занятие альпинизмом, а значит, обеспечить безопасность будет проще.

Отходив свои запланированные восхождения в Безенги, пробездельничав  десять дней в лагере, я приехал в Кисловодск на встречу со своими клиентами. Мне очень не хотелось ехать на восхождение, полтора месяца в лагере и разъезды по Кавказу откровенно надоели, но все уже решено и договорено, поэтому выбора нет.

На вокзале встретил своих клиентов, как всегда выслушал тридцать три вопроса, все погрузились в джип и двинулись к Эльбрусу.

Загрузка в Кисловодске

 

Нам повезло с водителем, им оказался замечательный парень из поселка Лермонтово, который занимается экскурсиями на Кавказе. Всю дорогу мы с громадным интересом слушали исторические и познавательные справки о местах, которые мы проезжали. Все с завистью смотрели на дома в Хурзуке, сконструированные таким образом, что наверху помещался гарем хозяина (для справки, это было давно, так что у желающих переехать в Хурзук и завести гарем ничего не выйдет), слушали о современных реалиях жизни народов Кавказа и любовались красивыми местами, которые раньше не видели и о которых не знали, хотя проезжали мимо них много раз.

Приехали на поляну Джылы Суу, поставили палатку и упали спать.
Поляна представляет собой дикий «курорт». Сюда приезжают люди со всей западной и юго-западной части России для лечения минеральными водами и радоновыми источниками. Часто здесь лечатся татары и калмыки, очень много местных жителей, предки которых здесь лечились еще в XVIIIвеке.
У мужской части курортников есть особенность в лечении, они  купаются в радоновых ваннах, пьют нарзан, а потом сверху для закрепления эффекта принимает по 0,5 литра водки (почти ежедневно). При этом все, с кем мы общались, говорят, что эффект от лечения есть и уезжают они здоровые и бодрые.
На следующий день мы, как положено из программы тура, пошли на акклиматизационный выход к перевалу Лётчика Машкова и Кольцевой. Здесь есть красивое озеро, холодное и прозрачное. Возле озера жил в палатке наблюдатель из МГУ, занимавшийся изучением горных озер, расспросили и обсудили с ним все знакомые нам на Кавказе озера, а особенно опасную ситуацию с Башкаринским озером и двинулись вниз к еде и чаю.

Западная вершина

 

Озеро под перевалом

 

Понимая, что успех восхождения в основном зависит от погоды, я не следовал плану фирмы и на второй день пребывания мы двинулись на подход. Путь к первому лагерю на 3500 — это долгий траверс по травянистому склону, а потом вдоль реки по тропе. Тропа, слово-то какое… в общем нет там тропы, так как река постоянно прижимает к скалам и осыпным склонам, приходиться проходить медленно и аккуратно. В прошлом году прохождение вдоль реки заняло у нас много времени, но в этом году нам повезло, воды было мало, и мы легко пролезли все неприятные участки и, перепрыгнув реку, пошли по каменистым склонам. Весь переход с поляны до стоянок занял пять часов.

Стоянка на 3500

 

Итак, третий день, мы на отметке 3500, восхождение должно быть на восьмой день. Акклиматизация идет нормально у всех, но все-таки темп у нас слишком быстрый. Мы наблюдаем, что меняется атмосферный фронт, а значит, как минимум три дня, хорошей погоды не будет. Обычно все коммерческие восхождения заканчиваются из-за плохой погоды. Решаем, что будем смотреть по состоянию участников и регулировать наш темп  по ходу восхождения. К тому же уже видно состояние ледника — самый сложный участок маршрута. Дело в том, что если снега достаточно и лето не слишком жаркое, то маршрут можно классифицировать как 2Б, но если вытаивает снег, то можно получить и 3Б.

Поискав недавно информацию в инете о путях подъема с Запада еще раз, я узнал, что путь, по которому мы взошли, является вариантом категорированного маршрута с Запада, и на данный момент он не внесен в классификатор (могу и ошибаться).
Решаем немного не спешить и на четвертый день  переместиться  повыше для ночевки  на отметку 3900 и там переночевать для акклиматизации.

Нитка маршрута. Вид со стоянки на 3500.

 

Удачно поднявшись туда по осыпи, ставим лагерь. Как я уже упомянул, группа сильная, все умеют ходить в кошках, поэтому занятия мы проводим неполные, а только для того, чтобы вспомнить забытые навыки. Ночевка на 3900 удобная: наличие рядом воды, отсутствие наглых туров и снега, много места для игры в футбол, в общем, полноценный отдых.

На стоянке 3900

 

Скала "утюг". Вид с 3900

 

Ветер начинает усиливаться, и мы прячемся по палаткам спать. Спали мы часа два, так как в основном занимались удерживанием палатки, ветер поднялся какой-то недобрый и хотел нас сбросить вниз. В очередной раз я сказал себе, что иду с Запада на Эльбрус в последний раз и вспомнил, как уже говорил такое в прошлом году. Где-то в четыре утра к нам пришли наши ребята и сказали, что их палатку порвало. Вылезли с Максом и увидели, как наши клиенты лежат накрытые палаткой, как одеялом, а из дырки выглядывает улыбающееся лицо одного из них. Подождав до рассвета, когда ветер утих, мы начали осматривать палатку, я тут же заявил, что поломка палатки несовместима с ее жизнью и идти с ней на гору нельзя, так как здесь был еще не ветер, а ветришко, а вот наверху начнется ветер. Все загрустили. После долгого совещания о том, что делать, Макс решил бежать в лагерь!!! Он не был в этом году еще в горах (по уважительной причине) и не хотел упустить шанс взойти хотя бы на Эльбрус. Я подумал, что это уже слишком, ведь бежать ему пришлось бы туда и обратно весь световой день, вылез из палатки, осмотрел повреждения и начал ее чинить. В итоге, мне это удалось. Кроме одного, внизу в тамбуре была дырка с мою голову, но ее можно было прижать рюкзаком, так что палатка была в строю. Рано утром мы двинулись на прохождение самого сложного участка маршрута. Обычно, если идет группа неакклиматизированная, то ночевки делают так: первая 3500, вторая 3900, третья на 4100 и затем выходят на штурмовую ночевку на 4500. У нас с погодой явно было маленькое окно, поэтому я всем пояснил ситуацию, если мы пойдем сразу на 4500, то у нас будет шанс взойти, если будем идти по классической схеме, то шансов мало. Все признаки указывали, что погода будет максимум еще три дня, а потом насколько долго она испортиться не знает никто, может один день, а может и неделю. Как обычно, жажда взойти перевесила неприятные ощущения от быстрого набора высоты, и народ принял решение идти вверх. От ночевки 3900 путь лежит вдоль огромного скального выступа в виде носа корабля, но его, почему-то, называют «утюг».

Тропа под скалой. Здесь иногда падают камни

 

Наверху скалы лежит ледник, и с 10 утра, когда первые лучи попадают на него, начинается обстрел тропы под скалой, по которой нам нужно идти. Я подгонял народ и мы живенько перебежками подошли к камню, с которого начинается работа на льду.

Связались, провесили перила, залезли на первый крутой ледовый склон. Далее пошли по снегу, помня как в прошлом году в этих снегах я провалился в трещину, мы связались одной веревкой, с уверенностью, что четыре человека меня должны удержать, несмотря на мой вес. Петляя между закрытыми трещинами, мне удалось все же не провалится и благополучно добраться до самого неприятного участка маршрута.

Первый ледовый участок. Еще неделю назад здесь можно было пройти пешком. Теперь только в "три такта"

 

Дело в том, что есть два варианта прохождения участка, после которого сразу попадаешь на снежное плечо (отм. 4500 ).
Если снега достаточно, то можно пойти в лоб на ледник, и участок метров 15 крутого льда преодолевается быстро. Если же снега мало, как в нашем случае, а в прошлом году было то же самое, приходится уходить направо и траверсировать пять веревок ледового склона с уклоном 45 градусов, что для новичков является испытанием. В три такта, пять веревок, на передних зубьях.

Фото прошлого года. Зеленая линия наш маршрут. Оранжевая линия - вариант когда много снега.

 

Ветер начал нас посыпать твердой крупой, чтобы мы не расслаблялись и не думали, что легко пройдем на плато. Ребята были неакклиматизированы, работали медленно, да и ночью никто не спал, время приближалось к 11–ти. Сверху на нас начали лететь вытаявшие камни и лед, мы с Максом сказали, что пора бы нам и ускориться, так медленно не хорошо работать, народ сразу ускорился, и мы вышли на снежный гребень удивительно быстро, час хода — и мы на плато. Я наконец-то выдохнул. Начали искать место под палатку, в прошлом году мы ночевали сразу вначале плато на скалах и ни одной ночи нормально не спали, потому что палатки невозможно защитить на скалах, в этот раз решили зарыться в снег.

Скалы нависающие над нами при траверсе склона.

 

Искали с Максом место пониже, но когда я провалился ногой в трещину, мне перехотелось бегать по плато и выбирать долго места, решили ставить здесь и сейчас. Высота 4500, как всегда, вначале клиенты от эйфории болтают много, радостные ходят и улыбаются, потом становятся грустными, а потом вообще сидят на рюкзаках и медитируют. В итоге, мы  наконец-то вырыли удобную яму и начали ставить палатки, один клиент залез в яму, я ему стал подавать дуги от их трехместной палатки, он лихо принял дугу и кинул ее за снежный бруствер ямы. Я смотрю на это с удивлением, клиент готов, горняшка накрыла его, и он начинает творить странные вещи. Дуга была уже собрана и начала медленно скользить вниз по плавному фирновому уклону, у меня в голове пронеслось, как мы пытаемся ночевать впятером в двухместной палатке. Жаль не было камеры, я, несмотря на наличие трещин, кинулся за дугой, побежав как мустанг по снегу, проваливаясь по колено, и в прыжке словил дугу.. Ну чем не Джеки Чан?

В итоге клиента вытащили из ямы и строго наказали не трогать никакие вещи, он как-то странно порывался помочь, но мы были непреклонны. Начиналась метель и когда она усилилась, мы уже сидели в палатках и пили чай.

Наша стоянка на снежном плече, отм. 4500

 

Западная вершина Эльбруса. Маршрут идет вдоль правой скальной гряды.

 

Четвертый день, погода все хуже, у меня уже начинают возникать мысли, что спустимся мы не скоро и придется здесь закопаться и сидеть как минимум дня четыре. Делюсь мыслями с народом, все единогласно решают идти на вершину завтра. Вот это группа, вижу их состояние после дневного физически сложного перехода, но желание попасть на вершину борет все невзгоды и усталость. Амбиции, однако, как говорят чукчи. Ок.

В три ночи подъем, одному из ребят становится плохо, решаем, что я останусь с ним, а Макс и двое участников идут наверх. Погода ухудшается, видимость становится все хуже, время уже ближе к вечеру, после 18-00 мы начинаем нервничать. Наконец-то в восемь я их вижу, причем видно, как один человек постоянно падает, выползаю из палатки и бегу навстречу. Оказывается, парень настолько обессилел, что не может идти, остальные тоже не бодряки. Несу клиента к палатке, весит он немного, и мы без усилий засунули его в палатку.
Я принимаю решение в любую погоду утром валить вниз, зная, что если здесь начнется ураган, то нам будет грустно, плечо хорошо продувается и идеально подходит для того, чтобы с него все легко сдувалось.
Поднимаемся в 7 утра, народ не живой, идти не хочет, я рассказал им, что они не правы и надо вниз. Наверное, сказал резковато, но они собрались быстро. Уже начинается пурга, приходиться ложиться на ветер и медленно тропить снег, наконец-то мы доходим до ледового склона. Вначале пару веревок дюльфера, потом предстоит траверс. На дюльфере народ при помощи узла UIIA и какой-то матери спускается вниз. Траверсируем склон, периодически получая порцию ледяной крошки в лицо для массажа и бодрости, клиенты идут в какие-то такты, но не «в три», потому что ноги они уже от усталости ставят как придеться, а ледорубы вбивают с силой и ловкостью пьяного. Один клиент соскользнул в итоге, но перила ему не дали проехаться 400 метров и стереться об лед.  Попрыгав через трещины, выходим на снежный склон. Еще час работы на спуске с ледника на осыпь и мы внизу, здесь мы оказались в относительной безопасности, и я перестал помогать моим напарникам словесным допингом. Самый худой и маленький клиент выглядит странно, пошатывается и смотрит все время куда-то не туда. После благополучного прохода под скалой мы делаем привал на 3900, здесь все, несмотря на мои призывы идти вниз, так как идет туча и я чувствую, что туча с молниями, решают сделать чай. Раскладывают рюкзаки, достают кастрюли, чашки, я же не снимаю рюкзак, так как недавно тесно познакомился с атмосферным разрядом и жду. Слышу как начинают жужжать каски. Бабах ..бьет разряд где-то в пятистах метрах от нас, все быстро сложились, вылили воду и побежали за мной вниз.

Мы в этот же день спустились вниз и решили заночевать на берегу реки, к тому же место красивое, растут цветы, шумит река, трава вокруг. Все-таки организм худого клиента не выдерживает, и он заболел, не может разговаривать, температура и все прочие неприятности. Утром не торопясь двигаемся вниз вдоль реки и к обеду приходим на нашу стоянку возле коша.

Идем вниз вдоль реки.

 

В итоге, кто хотел, взошли на Эльбрус на пятый день, на седьмой день мы были на поляне, оставшиеся три дня мы кушали у Казбека в гостинице, где его жена, учительница, работающая в Хурзуке, готовила замечательные супы для нас, слушали лекции одной из отдыхающих, профессионального фотографа, про фотографию, в общем культурно проводили время. После того, как один местный житель пригласил меня пожить с ним летом на коше в Узунколе и постоянно норовил меня напоить чем-нибудь крепким, я понял, что пора ехать домой. Кстати, когда долго проводишь время среди местного населения, и они начинают воспринимать тебя не как туриста с деньгами, то можно узнать много нового и интересного об их быте и культуре. За время общения с жителями Хурзука я много узнал интересного о местной истории и жизни, некоторые вещи меня удивили, так как у нас есть стереотипы, которые не соответствуют действительности.
Что ж, наше мероприятие закончилось благополучно, а я дал себе в очередной раз слово, что с не альпинистами никогда не пойду на Эльбрус с Запада.

Хотя, все может измениться ближе к лету. 🙂

Александр Летников

Еще интересные статьи

8 comments
  1. Alexandr

    Мне было все равно взойду я или нет. Важнее было обеспечить восхождение клиентам, и вот как раз те из них кто хотел тот и взошел 🙂 Один участник не захотел и не пошел на восхождение, а мотивы из-за которых он решил не идти, его личное дело. 🙂

    1. mandragora

      По моему скромному мнению, здесь не хватает одной значимой составляющей, а именно: восхождения. Может, стоило предоставить слово Максиму, который его таки завершил?

  2. Alexandr

    Здесь нехватает это где?
    Взошли трое. Я проводник, Макс помощник проводника. Если остается один клиент кто то из проводников должен остаться с ним, такие условия работы.
    Предоставить слово Максу для чего?
    ну собсно, Макс к сожалению не хочет писать 🙂

Добавить комментарий
Выбор редакции