Loading...
АльпинизмВсе новости

Как я провел этим летом… Уллу-Тау

1_Химик
Ну, как я провел этим летом… как-как, как обычно – в горах. Этим можно было бы и ограничиться, но как-то коротко получилось, вы не находите? Ну, если находите, то уж читайте дальше – мне писать не жалко – я же на работе…

Автор: Алексей Ларин

Часть первая, вводная

Мое пионерское детство и комсомольская юность оставили неизгладимый след в моей душе, что и сказывается самым несчастливым образом на всей моей жизни – никак не могу приспособиться к капиталистическо-индивидуалистическим джунглям воцарившимся вокруг. Все время мне хочется, чтобы все разом, дружно, ну, как незабвенный В.И.Ленин на субботнике бревнышко, помните?

Это все лирика, а результатом стала проза, о которой я и рассказываю: после 2011 года, когда я поддался на провокацию Миши Мельникова и поехал с ним в Каравшин, сходил что смог и вернулся обратно, совесть моя сказала, что все это прекрасно, но ведь есть же еще и люди, с которыми начинал заниматься, с которыми прошел практически все горы, в разных сочетаниях, с разными эмоциями, но с ними. И что сейчас самое время объединиться и снова ехать всем вместе.

Не знаю как у вас, а у меня появилась в горах такая полуигра-полупримета – в каждом сезоне не успеваешь что-то сходить такое, что планировал, хотел… и не сходил. И вот этот не пройденный маршрут сидит в тебе весь год и время от времени всплывает, тревожит воображение.

Так вот такой «идеей фикс» стал для меня маршрут 4Б на вершину Химик в ущелье Адыр-Су. В 2010 году с имеющимися в запасе до поезда тремя днями и желанием сходить хотя бы еще одну 4Б, мы на рысях выскочили из соседнего Адыл-Су и сходу атаковали учебную часть альплагеря Уллутау на предмет получения описаний доступных 4Б. Однако, мы недооценили работающих там легендарных ветеранов альпинизма и получили четко организованный отпор, впрочем, смягченный двухтомником с описаниями маршрутов ущелья и дарственной надписью от автора за символическую плату. Пока наш аксакал Маратыч предавался беседам с местными аксакалами Порохней и Зайцевым на тему «бойцы вспоминали минувшие дни и битвы, где вместе сражались они», я судорожно рассматривал картосхему района, пытаясь понять, куда бежать. В итоге, мы почему-то выбрали 4Б на Химик (почему, не спрашивайте, не помню).

В тот год мы его так и не сходили по ряду причин, хотя попытка и была. И именно этот Химик манил меня второй год обратно в Адыр-Су.

Все описанное ниже практически полностью относится к группе старших разрядников, так как существовала еще и группа младших из Минска, с которыми мы добирались до лагеря, пересекались почти на всех стоянках наверху и жили вместе внизу в комнатках павильона. Но, думаю, об их похождениях они должны рассказывать сами, потому что были они яркими, драматичными и эмоциональными.

В этом сезоне 2012 года мы сделали все по науке: списались с Порохней, зарезервировали себе места в домиках, оформили погранпропуска через «Эльбрусскитур», заказали транспорт — короче, подготовились.

Наша группа состояла из четырех человек: я, Ира Шевернева, Оля Свярская, Юра Денисман. У всех был второй разряд, у меня первый – генеральный план был закрыть «клеточки» (да, куда ж без них!) Ире и Юре до первого разряда, с тем, чтобы в следующем сезоне двигаться дальше. Оля Свярская уезжала раньше, да и особых планов спортивных у нее не было.

Сразу скажу, что не все, но кое-что вышло по скабрезному анекдоту, рассказанным мне когда-то Сашей Максименей на тему: «как мы с братом Ашотиком строили планы».

Часть вторая. Фальстарт и первые горы.

Забросились в лагерь, заселились, на учет встали, карточки участников и прочую макулатуру успешно сдали в учебную часть.

2_Уллутау Все вроде бы и неплохо выходило: в нашем распоряжении две комнаты, свет допоздна, связь и описания дают, на маршруты выпускают, вода есть – что еще альпинисту надо в жизни? Да и погода звенит, так что надо срочно что-то делать. Для начала решили выйти на верхние ночевки на плече Шогенцукова (это под Тютю) – провести ледовые занятия, взаимодействие связок и акклиматизироваться хоть как-то. А потом наша группа собиралась на Тютю на знаменитую 3Б «через Хрусталик» а младшие на гребневую 2А туда же.

Надо сказать, что официально в альплагере я в первый раз, то есть, все эти бумаги и бумажечки даже в какой-то мере развлекали. Но вот сделал я документы, разрисовал схему, написал тактический план типа «дранг нах остен цвай таген» и пошел все это подписывать. Естественно, уже бегом, потому что выходить через час планировали. И тут в полной мере начуч и начспас мне разъяснили что такое «открывашка» и что с «троек бэ» даже мастера не открываются… Блин, бегу переделывать документы: срочно рисую 2А по забору Тютю, параллельно глаза лезут на лоб от длины этого забора, переписываю тактический план и пылю обратно в учебную часть. Как-то бумажки уже не очень прикалывают. Но тут все решается прекрасным образом, все подписывают, дают рацию, назначают позывной и время связи и по-отечески спрашивают, почему мы, лоботрясы, еще в лагере. Ну, хватаем барахло и бодренько уходим в сторону ночевок.

4_Райские ночевки

Тащили мы барахла много, так как планировали в этом районе и ходить и часть снаряжения вниз не спускать, поэтому бодрость наша таяла на глазах. В итоге, мы какими-то неимоверными усилиями и с разгрузкой участников женского пола вытащили все наверх, причем, куда идти не знает никто, стоянки заняты бравыми украинцами (хорошие дядьки оказались по итогу), да еще и темнеть начинает. Выползли на плечо, поставили лагерь по свободным площадкам – жизнь стала налаживаться.

5_и так жили Еще по пути наверх, когда мы изображали дохлых улиток на склонах Фудзи, с нами разминулись три здоровенных добрых молодца, я как увидел велосипедно-штангистские ноги первого еще подумал: «Вот это лоси, не нам чета». При ближайшем знакомстве, оказалось, что никакие не лоси – Юра Кожухов из Бреста с воспитуемыми с Томских сборов, где он инструкторил. И рассказал нам Юра страшную историю про «три бэ» со снегами по пояс и с ночевкой где-то в районе Хрусталика. Бригада моя приуныла, а я как-то даже не успел испугаться, потому что подумал, что такого не бывает. Все вместе на консилиуме решили посмотреть на месте как и что.

Надо сказать, что погода перед нашим приездом никого не баловала, проще сказать, неделю была жесткая непогода со снегом, градом и всеми делами. Но пока мы приехали, выпустились и доползли до места предполагаемых событий, погода звенела уже несколько дней и снега то ли стаяли, то ли зафирновались, короче, по Тютюйскому леднику мы ходили аки посуху, в смысле, как по открытому. Глядя на бесконечный гребень Тютю я понимал, что блицкриг с «двойкой» сегодня и «тройкой» завтра провалится сразу на первом этапе восползания по заснеженному гребню. Поэтому мы решили сходить на ледовые занятия, отрапортовать на базу, что «двойку» пошли, но не дошли и лезть назавтра сразу «тройку», а младшие разрядники пойдут на гребневой подвиг одновременно с нами. Сказано, сделано. Утром, проводив взглядом уходящие на перевал фигурки младших, мы полезли «тройку» через Хрусталик. Полез я конечно сразу же не в тот кулуар, но все закончилось хорошо, потому что вылезя из него, я увидел неподалеку выход из «правильного» кулуара и контрольный тур неподалеку.

6_Юра у контрольного тураДальше мы где-то уже под вершиной плутанули, но не фатально и часам к трем были наверху без всяких ужасов и членовредительств. Протоптав по следам наших младших разрядников, мы уже часам к 11 вечера были у палаток. Тем дело и завершилось.

7_Юра лидирует на 3Б на Тютю8_Юра меняет записку9_тропим на спуске

Все время с плеча Шогенцукова я осматривал вершину Химик и предполагаемую «пятерку А» на него. И вот тоже, чем дальше смотрю, тем меньше на нее хочется, верите? Вот пока ехал в поезде, очень хотел на Химика, а как смотрю на него вблизи – так вот и нет никакого желания. Ну и ладно, война план покажет.

10_не хочу на Химик

Решили спускаться и, как и было говорено, часть барахла оставить на стоянках в мульде у скалы Никита, чтоб уж не тягать все снова туда-сюда.

Спустились вниз, помылись, поели, еще раз помылись, шалман опять же со вкусностями разными – одним словом, время хорошо проводим. А погода продолжает звенеть, то есть, хочешь — не хочешь, надо куда-то выдвигаться. По планам у нас для закрытия первого разряда нужны 4А и 4Б любого плана, желательно интересные и желательно недалеко от наших оставленных наверху шмоток и железа. К этому моменту я окончательно понял, что на Химик нам не нужно, так как спуск с него по 2А в другое ущелье к альплагерю, то есть, описывать полный круг придется – оно нам надо? И вот как-то плавно, а может и не очень, может с долгими консультациями, а может и в течение пяти минут, мы решили идти на ночевки у Черных скал и оттуда делать два маршрута на Джайлык – 4А и 4Б.

Часть третья. Джайлык

На Джайлык мы выдвинулись вчетвером с планами сходить 4А вчетвером, а потом у Оли ее программа заканчивалась, она спускалась вниз и стартовала в сторону Родины, а мы втроем должны были уже делать 4Б и 5А, если погода и здоровье позволит.

Ну, сказано – сделано. Собрались, выпустились, рацию получили, позывные, все дела. Наши младшие тоже куда-то пошли, но об этом лучше у них спрашивать. Добрались до заброски, забрали ее и пошли к Черным скалам, о которых имели очень смутное представление: «где-то там» и «мимо не пройдете» — вот и все, что нам рассказали. Хорошо, встретили по пути ребят, которые шли как раз оттуда и дали более точное описание – стоянки как раз напротив дырки в «заборе» выше озера, ходу еще часа полтора – два. Добрались до стоянок, там как раз Днепропетровск или Харьков был, в общем, какая-то Украина.

11_с видом на Джайлык Места вдоволь, правда, с чистой водой небольшие проблемы – речка с ледника очень мутная, но в моренных камнях, можно отыскать чистые ручейки. По всей морене памятники народного творчества раскиданы – поставленные друг на друга камни, очень медитативно смотрится, но труда вложено немало – видимо долго погоды не было и чувство прекрасного возобладало над ленью. Поставили палатку, перед нами ледник, справа дырка в Джайлыкском «заборе», слева пик Шогенцукова за моренами возвышается и сверху солнце палит – красота.

Ну, полезли на Джайлык по северному склону западного гребня. Смотрится маршрут шикарно: снежно ледовый широкий кулуар с выходом на гребень, а дальше непонятно что.

12_4а на джайлык Бэтмен в учебной части говорил, что после выхода на гребень все пешком, но как-то вершинная башня «на пешком» не смотрится – крутая она какая-то. Да и опять же Юра Кожухов ночевал где-то после выхода на гребень. Ну и про «лезем»: это так только говориться, но сначала до «лезем» дойти надо, а идти там сначала по морене, потом на ледник с морены, а потом еще по леднику, который оказался разломанным и закрытым. Поэтому в лучших традициях альпинизма, то есть часов с четырех утра, мы медленно и печально шли в связках по горизонтали, а когда склон начал вставать, открылся соседний с нужным нам кулуаром, из которого время от времени что-то летело. В общем, рассвет встретил нас уже на первой веревке собственно лазания. Между делом выяснилось, что техника наша ледолазная прихрамывает на обе ноги – кошки не стоят на твердом льду северного склона, инструменты не втыкаются, буры крутятся со скрипом в буквальном смысле этого слова. Сильно выручала турбинка – хотя бы извращения с вкручиванием буров не были чрезмерными. Хорошо еще, что не сыпет по нам, но сыпет справа, за стеной кулуара. В битве с маршрутом я потерял бур с оттяжкой и новую корзинку – они плавно ехали вниз по склону и, казалось, вот-вот остановятся внизу маршрута, но и то и другое без остановок ушло за перегиб ледника и скрылось навек. Вылезли мы на перемычку между предвершинной башней и жандармом «Клешня», а там так хорошо – солнышко, скалы сухие, два шлямбура набиты на стене — красота! На самом видном месте торчит закладка – забрал себе, как компенсацию за ушедшие девайсы. Рядом нашел между камнями здоровенный кованый крюк – не представляю, куда и кто его хотел тут забить. Осталась нам скальная башня, которая действительно практически везде идется пешком, за исключением пары узких мест, на которых можно и подстраховаться, а можно и не страховаться – насколько наглости хватает. Сходили на вершину и начали спускаться.

13_Начало спуска. Видны следы из стреляющего кулуараВот тут наша техника спуска по льду (вернее, ее отсутствие) и дала себя знать. Спускались мы медленно и печально и подгоняя и понукая своих подуставших спутников, ругаясь и надсаживаясь, я думал, что как же и где же этому учиться в родной Беларуси? Ведь и ледовые занятия делали вместо «открывашки» — все вроде получалось, а тут, на маршруте, еле спускаемся, хотя все вроде и стараются. Ирка с Юрой, в конце концов, не выдержали и рассказали мне все, что думают про меня, мой стиль руководства и про окружающую их действительность… Тарарам был еще тот. Дюльферяющие рядом украинцы стали дюльферять еще быстрее, чтобы не стать свидетелями кровопролития. Под всякие кровожадные мысли, проваливаясь в раскисшем снегу по самое не хочу мы незаметно спустились в лагерь. А ведь так день начинался!

Утро следующего дня выдалось солнечным, но безрадостным. Во-первых, планово уходила Оля, во-вторых, Ира с Юрой тоже собирались сбрасываться вниз, последовательно выполняя данные мне на спуске обещания… Ситуация совсем вышла из-под контроля. Не буду рассказывать как, что и зачем, но в итоге, Ира осталась, а Юра с Олей ушли вниз. Как всегда, после эмоциональной бури, настроение улучшилось. И встал вопрос, что дальше делать. Как-то само собой решилось, что планы не меняем, лезем 4Б на Джайлык, а дальше по состоянию души и тела. Начали собирать барахло для свершения этого подвига и тут нас ждал сюрприз. Юра наверное на автопилоте, забрал веревку, которую нес наверх, а так как веревок у нас было наверху всего две, то мы и остались с одной. Проблема спуска по снежно-ледовому склону «четверки А» встала перед нами в полный рост.

Надо сказать, что ко времени описываемых событий, украинская команда уже ушла вниз и с нами оставалась только двойка «зубров» из Жуковского: высокоинтеллектуальные дядечки, начинавшие в Демченко под руководством легендарного Степаныча, разговорчивые, как и все аксакалы, но не навязчивые. Они как раз подтянулись в день спуска наших ребят вниз. Ира с ними хорошо пообщалась вечером, как будто бы даже упоминалось слово «коньяк», но об этом я ничего не знаю, так как участия в этом деянии не принимал. Они собирались на «четверку А» на Джайлык, и консультировала их Ира. Пришли они довольные консультацией и маршрутом, но с круглыми глазами: пока они были на горе, из того самого «стреляющего» кулуара сошла снежно-ледовая мокрая лавина, которая своим конусом перекрыла весь ледник и подход под маршрут. То есть, они и она разминулись буквально на пару часов. И пока мы их поили чаем и слушали рассказы, в мозгу у меня замаячила идея. Дело в том, что дяди были продуманные и взяли с собой не две основные веревки, а основную веревку и репшнур-«шестерку» для сдергивания самовыворота. А так как они были очень продуманные, репшнур они не везли с собой из Москвы, а одолжили у местного спасателя Петухова, добрейшей души человека, который еще два года назад снабдил нас описанием на Химик. Жуковские альпинеры собирались вниз и через день домой и Ире пришлось пустить в ход все свое обаяние и знание души человеческой, чтобы выманить у них вожделенный репшнур. Клятвенно пообещав вернуть вервие Петухову в целости и сохранности, мы с утра подскочили и побежали на маршрут. Как часто со мной случается, я, внимательно прочитав описание, полез не в тот кулуар на входе в маршрут и получил три веревки чудесного микстового лазания с инструментами и в кошках, хотя Юра Кожухов рассказывал нам, что они прошли весь маршрут в скальных тапках, правда, тоже с ночевкой (или двумя?). По пути нам встречались раритетные точки страховки, которые можно было разве что фотографировать и удивляться смелости предшественников.

 14_точка страховки на 4Б

Ира снова, но менее цинично, рассказала мне, что она думает о моих способностях ориентироваться на маршруте, но тут мы вылезли на гребень, нашли дюльфер, наличествующий в описании именно этого маршрута, поднялись снова на гребень и, бодро проскакав на вершину, начали спуск.

Никогда не думал, что сорок метров «шестерки» могут так путаться. Это было что-то феерическое, после каждого продергивания мы распутывали клубок из основной и вспомогательной веревки, чтобы после очередного продергивания начать все сначала. Раз или два веревку клинило и мне приходилось подлезать обратно, чтобы поправлять самовыворот. Но и это закончилось и, опасливо поглядывая на постреливающий кулуар, из которого теперь еще и тянулся лавинный конус, мы, не собирая веревки, рысью припустили через ледник в сторону лагеря. Программа посещения стоянки у Черных скал и вершины Джайлык была выполнена.

Наутро мы собрали лагерь и перенесли его на ночевки к скалам Никита, где познакомились с родителями Никиты Башмакова, ожидавших участников скального фестиваля его памяти. Глядя на них, подумал, что как-то это неправильно, когда родители проводят фестивали памяти детей. Просто посмотрел им в глаза и так подумалось. Договорились, что они присмотрят за палаткой и вещами в ней, пока мы будем внизу. По традиции, железо и карабины мы положили на самый низ палатки, сверху завалив вещами, едой и ковриками. Еще раз посмотрев на непокоренный Химик, мы с Ирой пошли вниз, в цивилизацию. В планах была еще «пятерка» на Тютю и следовало поторопиться.

Часть четвертая. Пятерка на Тютю.

Сразу оговорюсь, что идея «пятерки» на Тютю по Хацкевичу принадлежит не нам. Я бы сказал, она просто была подарена днепропетровским гуру Владимиром Хитриковым уже готовой и с тактическими подробностями, а необходимыми техническими деталями обросла стараниями ребят из Нижнего Тагила, с которыми мы пересекались на Райских ночевках и внизу в лагере. Опять же, не забудь Оля Желудок каску в лагере и не пойди мы попрошайками к стоящим на нижних ночевках днепропетровцам, вполне возможно, лезть бы нам с Ирой на пик Химик и мучить свои организмы сложной ИТО-шной стенкой, снежно-ледовым ножом с карнизами и бесконечным предвершинным куполом со снегами по колено и выше.

Был у нас в разработке еще вариант с маршрутом на Тютю по Рыжикову, но когда в учебной части я прочитал в отчете первопроходцев, что «на отдельных участках у первого от напряжения наблюдались судороги рук», я как-то к этому маршруту охладел. Зачем нам судороги рук?

А по маршруту Хацкевича мы были подкованы со всех сторон, хотя нижнетагильцы и внесли суровые коррективы в радужное описание маршрута Хитриковым, а именно: первая стенная веревка почищена «в ноль» от старого железа, поэтому страховаться надо будем всем своим, не надеясь на чужие «крючки». А вот идею с обработкой первых двух веревок и ночевкой внизу дал нам именно Владимир и мы ее с благодарностью приняли – время у нас как раз было на то, чтобы этот план воплотить в жизнь. Также Кирилл из Нижнего Тагила снабдил нас точной инструкцией по веревкам предвершинной башни, которая была проста: «не лезь туда, куда хочется» и «если увидел крючья, то ты лезешь не туда и надо срочно уходить ниже».

Обладая всем этим неоценимым запасом знаний и горой железа на ночевках под Никитой, мы с Ирой оформили выпуск у Юрия Ивановича Порохни и Ким Кириллыча Зайцева (aka Бэтмен). Последний между делом рассказал нам, как они «бегали» этот маршрут из лагеря в лагерь за день. Воодушевленные, мы прихватили с собой в качестве наблюдателя и ретранслятора Олю Желудок и выступили.

15_напарник и вспомогатель

Уже после того, как мы забрали вещи от стоянок в мульде под скалой Никита, погода начала портиться, надвигалась туча, но благо мы были уже высоковато, грозила она нам мокрым снегом, что мы и получили, но речь не о нас. Еще на подоходах к Райским ночевкам, нас начали обгонять крепенькие малютки лет 10-12, которые в шортиках и маечках бодро топали вверх. В скором времени объяснение этому феномену массовой миграции детей кавказской национальности в сторону ледниковой зоны нашлось в виде их тренера, который очень удачно «сдох» прямо на Райских ночевках и теперь возлежал на камне и благословлял своих воспитанников взглядом на подвиг. А шли они на плечо Шогенцукова. Тренировались так детки-борцы. Когда ударил снег вперемешку с дождем, эта компания была неравномерно растянута между Райскими ночевками и плечом Шогенцукова. Мы накрылись плащами и ждали на тропе завершения этого катаклизма. Мимо нас изредка мелькали мокрые кеды и кроссовки и голые, покрытые гусиной кожей смуглые лодыжки – больше мешал видеть капюшон. Когда все закончилось, в смысле, и снег и детки, мы вылезли из-под накидок и потащились вверх и вверх, по склонам Фудзи. Ой, это я уже не о том. На следующий день пошли мы на обработку маршрута Хацкевича. Так как мы взяли наверх не только Олю, но еще и третью веревку, мы планировали провесить три, куда провесятся, а завтра пару скинуть Оле, так как спуск планировался по 2а (помните, забор, от восхождения на который мы отказались в самом начале?). Сказано – сделано. Полезли мы с Ирой. Вторая веревка как раз была ключевой, лазание по ней мне не очень понравилось – мокрая черепичная гниловатая щель, немного подлазов, но в основном ИТО на якорных крючьях.

16_вторая веревка по Хацкевичу

Третья веревка уже была лазательной и я провесил ее как раз до контрольного тура, боязливо поглядывая через плечо, потому что надвигалась опять какая-то непогодь. Выбив якорный крюк тагильцев на второй веревке и найдя пецлевский фонарик в запчастях на третьей (фонарик отдельно, батарейки к нему россыпью), мы с Ирой кубарем сдюльферяли вниз и рысью побежали к палаткам наперегонки с тучей. Как только мы задернули полог, рубанула непогода, да такая, что я поверил сразу Кожухову о снеге по пояс и ночевках на маршрутах. Я сразу начал думать, что делать, если эта беда не прекратиться, потому что запасных дней у нас был один и он же был днем отъезда. То есть, спуститься мы еще бы успели, а вот помыться и собраться было бы уже проблематично. Ночью появились звезды, а у нас надежда, что все будет хо-ро-шо.

17_Тютю. видны 3Б и 5А

И точно, с рассветом мы выползли под маршрут, мокрый, но с не задубевшими веревками. Неспешно вылезли наверх, сбросили лишние веревки Оле и поползли вверх через какую-то пешкодральную разруху и странного вида перемычку на сложенный черепицей предвершинный гребень. Запомнился выход на это гребень, вернее выполз – под ногами все ползет вниз, под слоем мелкой сыпухи лед, страховаться не за что, Ира спряталась за какой-то угол, чтобы не попасть под поток булыжников, которые сыплются у меня из-под ног. Веревку стараемся держать в натяг, чтобы по ней не катилось все это г…, ну, вся эта бяка. Буквально на карачках выполз за перегиб и начал выбирать Иру как лебедкой. А дальше просто шли и шли, набирая высоту. Думаю, при хорошей погоде, этот маршрут в двойке идется за день без напряжения. Поменяли записку и пошли вниз. 18_после Горы

Спуск запомнился орлом, который на восходящих потоках воспарил прямо из пропасти рядом с нами. Никогда я эту птицу так близко не видел, и, надеюсь, больше не увижу. Был он похож скорее на планер, а не на птицу — весь огромный, мощный, красивый. Порадовался, что не вхожу в его пищевую цепочку. Через пару часов мы уже были внизу, пили чай, ели и любовались видами. На завтра нам был запланирован спуск в Уллутау, сборы, окончательная беготня с оформлением документов, а пока, пока вокруг была тишина, небо и горы.

В Уллутау в этом году был юбилей, вернее, по годам он выпадал на 2011, но из-за режима КТО в лагерь никого не пускали. А вот в 2012 году решили его все же отметить. Собралось много ветеранов, которых разместили в павильонах лагеря. Нам они не мешали, мы им тоже, тем более, что мы по суточному циклу с ними не совпадали – они раскочегаривались ближе к вечеру, а мы ближе к вечеру, если были внизу, старались прилечь поспать, почитать. Но я не о том.

Подхожу я такой весь из себя герой в потных ботинках к лагерю, рюкзак у меня ого-го, рация на шее болтается, палки по дорожке победитовыми наконечниками поцокивают – ну, красавец, ни отнять, ни прибавить. Любуюсь видами, потому что завтра в автобус и домой, а идет мне навстречу бабушка, думаю, за семьдесят ей. В трениках, кеды у нее такие еще с резиновыми накладками на косточках в виде мячей – я таких в детстве истоптал — тьму, сейчас уж таких не делают. И тут меня эта бабушка останавливает и спрашивает, мол, зачем мне палки и что они вообще такое? Ну, я ей популярно объясняю, как эти палки жить помогают, равновесие держать и все в этом роде. А она на меня смотрит так сострадательно и говорит: «А вот мы раньше никакими палками не пользовались и даже не понимаю, зачем они тебе?» Я что-то промямлил в ответ про то, что вы, мол, богатыри, не мы, да и экология уж не та и пошел дальше. И уже чувствую, что да – вот рядом ветераны эти – ведь это их деревянные клинья с веревочками по щелям понабиты, и что в таких вот кедах они тут раньше по «пятеркам» и бегали. И уже как-то совсем не герой. Понимаете?

Ну, а потом было посещение стоянки Нижнего Тагила со словами благодарности, возвращение ребятам их крючка и, кстати, фонарика, который с Кирилла и упал. А потом, потом был прощальный вечер, на который Юрий Иванович Порохня принес фирменный харддринк лагеря Уллутау под названием «Запор» (ЗАйцев-ПОРохня): спирт, ледниковая вода и разные травы в количестве тайном и неизвестном). Утром была больная голова, сборы, нервы в ожидании автобуса, спуск в Баксанское ущелье на местной канатке и поезд, поезд домой.

19_банда

После каждого сезона я думаю, что год выдался неудачный, что что-то не получилось, кого-то обидел, был неправ и несправедлив, что овчинка выделки не стоит и надо уже думать о чем-то серьезном и главном. Но каждый год, спустя какое-то время, воспоминания о нервном и физическом напряжении, обидах и раздражении, о суточной пахоте, холоде, голоде и жажде отступают, стираются. Остается орел, парящий в пяти метрах от тебя над пропастью, журчание ледниковых ручейков и сверкание фирна в лучах фонарика, остается то, ради чего в следующем сезоне ты снова начинаешь паковать баулы.

20_потому что

 

Необходимое пояснение. Впервые увидели мы Кима Кириллыча Зайцева, начальника учебной части альплагеря Уллутау именно в этой байке и шляпе-афганке. Ну, как, скажите, могли мы его еще назвать кроме как Бэтмен (фото 2002 года):

21_Бэтмен и Порохня

Еще интересные статьи

2 comments
  1. anka

    здорово! спасибо за приятные воспоминания.
    есть вопрос к автору и всем, кто ходил на «хрусталик»: одна наша группа не нашла выход на винтообразный подъем после хрусталя и перемычки? в описании ни слова не написано было про то, что после перемычки нужно ПРИСПУСТИТЬСЯ за перегиб на метров 15 и там уже пешком налево вверх (вокруг плеча 2-й западной). пока искали-лазали вверх вниз, потеряли кучу времени, включили туман и снег, пришлось нам лезть в лоб на это плечо и там комфортно устроится на ночь вшестером под огромным куском целлофана и на двух ковриках :))

  2. Deadman

    Если честно, не помню такие подробности. Знаю, что оперировали несколькими описаниями — из путеводителя и из учебной части + еще вроде консультировались с кем-то из ходивших в текущем сезоне. По крайней мере, в районе Хрусталика вроде бы не блуждали 🙂 Хотя после встречи с группой Юры Кожухова тащили с собой все для ночевки 🙂

Добавить комментарий
Выбор редакции