Как мы потоптали 20% мировых запасов пресной воды.

Прослеживая череду событий, которая привела к нынешнему положению дел, я должен сказать, что история эта если не и началась, то перешла к ключевым событиям в 2013 году во время поездки в горы Грузии. Это был, наверное, самый массовый, мощный, логистически трудный и от того прекрасный выезд. Участвовать в нём мог каждый желающий, и я там познакомился с множеством интересных людей. В том числе с Васей и Линой. Конечно, если по-честному, то человек я довольно нелюдимый, тем более в горах, где значительную часть времени либо куда-то лезу, либо планирую, как буду лезть, так что всю ответственность за знакомство с василинами я бы возложил на Ксюшу.

Автор текста, фото: Антон Шелкович;

 

Источник: antoshk.livejournal.com.

 

Потом они, василины, заразили нас вирусом хасководства, от чего мы начали бывать у них в гостях, возможно, даже слишком часто.В прошлом году мне довелось побывать на Байкале целых два раза. Правда, оба раза проездом. Один раз по дороге туда, другой — обратно. Озеро оставило сильнейшее впечатление, одно из самых сильных из всей поездки через Россию. И потому сразу же возникло желание туда вернуться. Не понятно было только в каком качестве.Конечно, по приезду мы с Ксюшей не могли не зайти к Васе с Линой порассказывать байки и показать фотографии, как там оно на этом диком востоке живётся. Ну и про Байкал тоже было. В этот момент в небесных кузнях зажглась искра и началась твориться магия приключений.

Оказалось, что Василий глубоко в теме, знаком с людьми, которые постоянно катаются по Байкалу на коньках и сам задумывал что-нибудь такое. Не понятно было только когда и с кем. И, конечно, все мы когда-то читали супер популярные «тонкие струны Байкала». Стоит ли говорить, что остальное было делом техники.Как только дело дошло до покупки билетов, я предложил поучаствовать в мероприятии Диме и Марусе. Дима взял и согласился, так что я сразу понял, что без приключений дело не обойдётся 🙂

А Маруся отказалась, но подсунула вместо себя подругу Женю. Нет смысла напоминать, что «Маруся незаменим», но Евгения оказалась тоже весьма мощной барышней, к тому же с характерным московским говором, так что иногда, в полудрёме, засыпая, казалось, что Маруся всё же где-то рядом.

Стоит ли говорить, что Вася, Лина и Ксюша тоже поехали 🙂

Так же в нашу, уже довольно психованную компанию влились Гоша из Алма-Аты и единственный в компании не альпинист — Яўген.

Глобальная идея по маршруту нашего путешествия начала формироваться где-то в аэропорту во время склейки по кусочкам карты. Байкал же здоровенный как не знаю что и надо было выбрать участок, где мы будем по нему кататься. Мы решили, что объедем кругом Ольхон — чуть менее здоровенный остров в центре Байкала. И для этого приехали в деревню Сахюрта.

Надо отметить, что Байкал — не очень-то безопасное место. Это невероятных размеров горное озеро, то есть находящееся в сейсмически активном районе, а мы туда ездили в марте, на стыке сезонов. Машины в нём тонут едва ли не каждый день. Благо, что чаще всё же без пассажиров, которые успевают выскочить. Если бы он не был полтора километра глубиной (полтора километра, Карл!), легко можно было бы убедиться, что там всё дно машинами устлано. Мы ещё вещи распаковать толком не успели, как уже знали, что вчера две машины утонуло.

Ну и плюс медведи. Больше медведей только на Камчатке. Они вроде бы должны были спать, да и вообще на Ольхоне они не водятся. Но, по слухам, некоторым медведям чего-то не спится, и тогда они идут шататься по Ольхону, где их периодически ловят, ругают и отвозят назад на большую землю. Короче, при некотором везении у нас всё могло получиться как у Дикаприо в его оскароносном фильме.

Местные в этой связи делятся на две сильно различающиеся своим подходом к Байкалу группы. Первая группа называет Байкал морем и считает его живым существом, способным совершать поступки, радоваться или гневаться. Соответственно, чтобы всё прошло гладко, Байкал надо задобрить и не разгневать. Перед тем как ступить на лёд надо его полить молоком. Плюс, судя по тому, что везде разбросаны ягоды брусники, с ней тоже есть как-то связанное поверье. Ну и в целом, бывалый парень из столовки, узнав, что мы все впервые на Байкале и у нас нет опытного проводника, рекомендовал нам никуда вообще не ехать. Опасно слишком.

Вторая группа местных — это, собственно, гиды и МЧС. МЧСники, люди, которым пришлось бы нас в случае чего спасать, оказались на удивление уверенны в благополучном исходе нашего мероприятия. Никакой истерии не нагоняли и вообще видимого волнения за нашу группу не показывали. На осторожные вопросы отвечали в духе: «а чего, все ездят, и вы проедете» или «там, у мыса тёплый ключ бьёт, будете ехать, посмотрите, там вода открытая должна быть».

Ну и по факту получилось, что МЧСники были правы. Лёд под нами всё время был такой, что не то, что утопиться, даже водички жидкой набрать было негде. Один раз, правда, была трещина, наверное, полметра, в которую, думаю, можно было бы как-то впрыгнуть, но мы тем вечером сильно спешили, потому я не то, что сфотографировать, даже рассмотреть её не успел.

Опыта мощных зимних походов, можно сказать, что ни у кого из нас толком и не было. Мы долго думали, в чём мы будем жить. Рассматривали два варианта: либо в одной большой палатке с печкой, либо в двух поменьше. Плюс большой палатки был в том, что в ней тепло и дружно.

Минус в том, что её сложно найти, нужно тарабанить печку, возиться с дровами, топить всю ночь и дежурить, чтобы печка не погасла, и никто не угорел. Ну и дрова принципиально должны быть. И поставить такую палатку тяжело и она плохо выдерживает сильный ветер. А ещё, одна палатка – это, всё же, одна палатка. И в случае, если её унесёт ветром, она сгорит или нерпы уволокут её под лёд мы бы оставались совсем ни с чем. В итоге взяли две поменьше, потому, что их удалось найти. И не прогадали. На деле оказалось, что было тепло и без всяких печек, а время мы проводили вместе вне палаток, у костра, который удавалось разводить на каждой стоянке.

На коньках я катался всего несколько раз в жизни. Разве что на роликовых чуть побольше. Причём, когда решил потренироваться перед Байкалом и пришёл на каток, то сломал там руку. Довольно сложно было не усмотреть в этом событии некого предостережения, вопрос был лишь в правильной трактовке. Как я понял, это был знак, что тренироваться перед походом мне не обязательно, всё и так получится.

Лёд на Байкале постоянно куда-то движется, гонимый ветром и ломаемый им же и землетрясениями. От чего у берегов всегда он, мягко говоря, неважного для конькобежца качества. До пригодного для катания льда ещё попробуй дойди.

Интересно, что бывает, сложность дойти в том, что далеко идти. А бывает, что в том, что едва ли пройдёшь вообще. Лёд стоит забором из наваленных друг на друга огромных, никак не закреплённых льдин. Переломать в таком месте и снаряжение и руки с ногами — раз плюнуть.

И сам лёд, который поначалу мы приняли за идеальный, вроде бы гладкий, но весь в волнах, от чего конёк ведёт себя на нём немного непредсказуемо.

Весь первый полудень мы пытались привыкнуть к новому способу передвижения. У кого-то не втыкались палки, у кого-то были не правильно настроены коньки, переворачивались саночки, было слишком жарко или холодно. В общем, мы ехали и останавливались. Снова ехали и снова останавливались, чтобы поправить поправимое.

Саночки по хорошему льду скользили едва ли не лучше коньков, от чего требовали дополнительного внимания при остановках и манёврах. Например, едешь, любуешься красотами. Смотришь, ах какая прекрасная трещенка впереди, надо сфотографировать. Останавливаешься, решаешь достать камеру и тут рраз, подсечка сзади. Лежишь, уже и не хочется фотографировать ничего.

Или смотришь, кто-то из группы на льду сидит, чего-то копошится. Думаешь, надо бы может, чем помочь. Останавливаешься рядом, только рот откроешь спросить, в чём дело, как мимо пролетают саночки с рюкзаком и укладывают товарища на лёд. И вопрос уже как-то и не актуален становится.

Примерно до второй стоянки у нас был с собой коньяк. А после второй стоянки уже особо и не было. Там мы обсудили у костра все животрепещущие темы, которые только могли. В какой-то момент среди действующих лиц остались лишь Дима, Вася и Женя. Ну, ещё Ксюша, но она только хихикала и никаких серьёзных идей не высказывала. Глиндзич весь вечер задвигал теорию, что империализм — это зло и всё надо поделить и раздать людям. Мол, если всё колхозное, и ты не можешь распорядиться результатом своего труда, то так и спиться не долго. Или если страна бесконечная, то, что ни делай — всё капля в море. Тоже спиться можно. Каждый исход был предопределён, за это, кажется и пили. В качестве решения проблемы выдвигался вариант передать смоленскую и калининградскую область белорусам. Не все разделяли его взгляды, поэтому примерно к середине вечера он охрип.

Женя тоже много разного рассказывала. Называла Диму сепаратистом, а потом и вовсе, видя непонимание в его глазах сообщила, что сейчас пойдёт топиться. Дима называл Женю дурой, вода ведь вообще холодная. Да ещё и твёрдая. В прочем, Женя и не отрицала, что конкретно эта её идея как раз и не очень удачная.

Василий был несогласен с Димой чисто с практической точки зрения, но, к тому моменту, как у них завязалась беседа, всё рациональное осталось где-то далеко за гранью, так что закончилось всё тем, что Вася, убегая, прокричал, мол, что всё равно ничего не получится и скрылся в темноте. А Дима ещё долго бродил вокруг палатки, искал свой спальник и бурчал, чтобы такое придумать, чтобы сказать Васе, чтобы ему тоже было обидно.

Утром ребята были хмурые, но с заметным интересом слушали детали вчерашнего вечера. Думаю, это был довольно удачный опыт, ведь на утро мы превратились из группы в команду! 🙂

1 комментарий

Замечательно. Это сайт про путешествия или про АЛЬПИНИЗМ в Беларуси? Статья как-то связана с альпинизмом?…..Протоколов заседаний БФА здесь нет, отчёт про альпсборы в Алаарче-2016 неделю на утверждении у администратора — не опубликовано. Официального заключения квалификационной комиссии по летним трагедиям нет….Зато есть прогулкинг по озеру на коньках!

Добавить комментарий