Наш Эльбрус

Начало

Тем, кто когда-нибудь бывал в горах, наверняка знакомо это ощущение: хочется забраться ещё выше, чтобы посмотреть, как оно там. Не способен отбить это желание даже набитый кирпичами рюкзак. Чем выше, тем нереальнее становится картина там, внизу. Реки превращаются в тоненькие серебряные ниточки, внизу остаются облака.
Ради такого стоит карабкаться, ради такого не жаль последних сил.
Мне доводилось забираться на высоту 3800 над уровнем моря. Виды оттуда открывались шикарнейшие.

Автор: Настя Александрова, Источник: pingui-wanderer

Как-то так сложилось, что три последних года я, дождавшись каникул, собираю рюкзак и уезжаю в горы. На Кавказ. Все знакомые уже привыкли к этому. Я вообще-то люблю разнообразие, но тут вышел особый случай. Однажды я поехала в горы посмотреть, что это такое, и влюбилась. Нет, даже не так. Я полюбила их всем сердцем. И это оказалось даже сильнее тяги к разнообразию. Я люблю их настолько, что хотела бы там жить. Но пока это трудноосуществимо, и я езжу к ним в гости. «Лучше гор могут быть только горы, на которых ещё не бывал». Как был прав Высоцкий, даже поспорить с ним не могу.

Но в этом году мы запланировали кое-что особенное. Есть на Кавказе точка, которая всем известна и многих манит. Эльбрус. Мы всё ходили вокруг да около него, и вот нам захотелось подойти поближе.
И мы решили идти без гидов. Всё обдумали и решили. Нам захотелось чего-то большого, смелого и самостоятельного.
Кое-какой опыт хождения по горам у нас имелся.
Подниматься решили с северной стороны. Вроде как там должно было быть поменьше народу и плодов цивилизации, чем с затоптанного Юга. Да и виды обещались красивые.
Готовиться начали с зимы. Закупать снарягу, продумывать план, искать людей, убеждать родителей, что всё будет хорошо). Последнее оказалось особенно трудным. Мама считала, что мы ещё не доросли до таких подвигов. Мы считали, что — а почему бы и нет. Люди вокруг разделились на два лагеря. Одни говорили, что всё задуманное нами реально, и попробовать стоит. Другие считали, что мы слишком смело замахнулись, и сеяли сомнения. Мама раз пять всерьёз пыталась меня отговорить. Но мы загорелись, и не поддавались на панику.
Нами было просмотрено море видосов на тему «Как собраться на Эльбрус», в каждом из которых находилось что-то новенькое. Пришлось думать, что брать, своей головой, и это в итоге дало неплохие результаты).
Было также перечитано море отчётов о походах, и на их основе мы составили себе план.
Мы решили собрать команду из 3-4 человек. В интернетах нашли двоих ребят-энтузиастов из России, готовых пуститься с нами в эту авантюру. Один из них отсеялся за пару недель до похода, но мы решили, что и три энтузиаста — это уже сила.
По причине нашей любви к приключениям, а также в связи с убойными ценами на билеты, ехать было решено автостопом. Это придало нашему путешествию особую авантюрность.
От Бобруйска — нашей начальной точки — до Кисловодска что-то около 2000 км. Наш товарищ из России тоже ехал стопом, примерно на такое же расстояние. Местом встречи была назначена поляна Эммануэля, доехать планировали дней за 5.

Веселье началось ещё до отъезда, пока я добиралась до Бобруйска. Сложила в рюкзак строго самое необходимое, никаких там платьев и туфель на шпильке, чтобы пофоткаться у водопада, как некоторые). Оказалось, что рюкзачила весит 25 кг. На выходе из общаги я вынесла дверь, а в поезде застряла в проходе. Люди смотрели на меня со всех сторон.

Итак, утром 31 августа мы со своими рюкзаками вышли на трассу. Минут через 20, увидев на горизонте газельку, я сказала: «Застопить бы нам какую-нибудь газельку!». Газелька остановилась и провезла нас на 1000 км.
Вот так вот бывает.
Мы ехали с этим дяденькой день и ночь, пока в 4 утра он не остановился где-то не доезжая до Ростова, чтобы поспать. Мы огляделись. Мест для палатки поблизости не было. Поблагодарили дяденьку и решили стопить дальше. Проехали километров 20 и подзастряли там. В итоге нас забрал тот же дяденька, который поспал пару часов и двинул дальше по той же трассе. Аж до Ростова с ним доехали.
А под Ростовом застряли уже конкретно.

На Юге России с автостопом какая-то беда. Можно часами стоять на обочине, а мимо будет нестись поток машин, и никто не остановится. Отдельные личности сигналят, показывают комбинации из пальцев, высовывают в окна руки, ноги, но этим нам никак не помогают. Часть машин забита, люди едут семьями на моря, как-никак лето. Но вторая часть — наполовину пустые машины. Едут мимо. Мы стоим. Шум, чёрный дым от камазов, пыль, жара под 30. Стоим часа 3 в разных местах, на закате забиваем и уходим спать в скошенное поле. Кормим большую комариную семью, которая давно голодает тут в ожидании свежей крови. Назавтра мои ноги похожи на страшную картинку из учебника по дерматовенерологии.

Наутро начинаем понемногу продвигаться от Ростова в сторону Кисловодска. Когда стоишь вот так вот, как мы стояли под Ростовом, очень трудно любить автостоп. Но сегодня дело пошло на поправку. Нас подвозят разные забавные мужички, веселят нас рассказами и расспросами. Когда всё так, я вдохновляюсь и начинаю понимать, что автостоп — это прикольно. Единственная проблема — наши рюкзаки. Они от такой жизни заметно пообтёрлись. Я переживаю за целостность овсяного печенья, которое везу, чтобы кормить команду на Эльбрусе.

К вечеру решаем, что доедем до Невинномысска, а дальше прокатимся на электричках. Ибо усталость валит с ног. Мы считаем, что заслужили немного релакса.

Напоследок случается ещё одно приключение. Я застопила какой-то чёрный джип с тонированными стёклами, и пока Антон договаривается, понимаю, что в нём сидят три взрослых бородатых кавказца. Я напрасно пытаюсь побороть в себе стереотипы. Мне всё это кажется достаточно стрёмным. Кавказцы часто любят подвозить за деньги, что не входит в наши планы. Ещё они иногда воруют девушек. Я забиваюсь в угол машины. Надеюсь, что меня отсюда вообще не видно. Кавказцы оживлённо общаются на непонятном языке, я пытаюсь понять, очкует ли Антон так же, как и я. Он с виду спокоен. Мы спрашиваем, куда они едут. Они отвечают с шикарным акцентом: «Домой, в горы. Мы живём в горах!». Интересуются, куда нам нужно. Спрашивают про наш поход. «Вы вдвоём пойдёте? Или вас там кто-то ждёт?» Антон отвечает, что нас ждут, и что нам нужно в Невинномысск. Что-то обсудив между собой, они отвечают, что высадят нас в Невинномысске. У меня отлегает от сердца, но не полностью. Кавказцы заговаривают с нами. Выясняется, что один из них был в Бобруйске. Потом начинают рассказывать замечательно смешные анекдоты про нашего президента. Мы расслабляемся и смеёмся вместе с этой бородатой компанией. На прощание один из них говорит: «Эх, возьмите нас с собой! А то каждый день работа-дом, работа-дом, живём в горах и не видим красоты!» И как-то даже грустно улыбается. Нас высаживают в Невинномысске на закате, желают счастливого пути. Вот тебе и на. Вот тебе и стереотипы о кавказцах.
Первое, что говорит Антон: «Ну что, испытала острых ощущений?»). Видимо, он тоже испытал. Мы вместе смеёмся. Он говорит, что я всю дорогу ехала, вцепившись мёртвой хваткой в дверцу. Я этого не помню.

Ну и как после такого можно не любить автостоп, скажите?)

Но всё-таки мы топаем на вокзал. Кантуемся там до 4 утра, потом садимся на электричку. За окном поезда растительность становится всё более южной, кое-где появляются подобия гор. Через несколько часов мы уже в Кисловодске.
Кисловодск симпатичный. Мы находим краники с нарзанами, хотим утолить жажду, но он закрылся среди дня, потому что время обедать, а нарзаны нельзя мешать с едой. Вот такие суровости.

На вокзале нас сразу обступают таксисты и извозчики. «Ребята, поехали до Джилы-Су!». В нас сразу распознали туристов-альпинистов, а такие ребята из Кисловодска едут, как правило, в Джилы-Су. За нас разворачивается целая война. Мы обходим стоянку по кругу. Каждый называет свою цену, причём цифры разнятся в несколько раз. Мы говорим всем: «Дорого!» — «А сколько вы хотели?». Мы называем цифру чуть ниже среднего. Извозчики качают головами. «Неееет, ну это никуда не годится!». Мы не сдаёмся и бродим в поисках транспорта подешевле. Один мужичок кричит: «Ребята, да зачем вам это Джилы-Су, айда со мной в Домбай!» ))
В итоге Антон мастерски сторговывается с одним таксистом, и мы уезжаем из Кисловодска по длинному-длинному петляющему серпантину всё дальше и дальше в горы. Качает как на волнах, и я периодически вырубаюсь. Эту дорогу построили пару лет назад, чтобы повысить для народа доступность источников в Джилы-Су, а заодно и на радость Эльбрусским туристам. Дорога вроде хорошая, но считается экстремальной по причине своей извилистости, а также в связи с возможными камнепадами. Поэтому таксисты на свой страх и риск соглашаются прокатить по ней за особую плату, в два раза выше обычного тарифа. Мы уехали за 2500, и это ещё поторговавшись.

Проезжая пункт контроля, приходится заплатить ещё и за въезд в Джилы-Су. Но даже не это самое обидное. А то, что, как только мы выходим из машины, на нас обрушивается МЕГА-ДОЖДЬ!
Уже в который раз горы встречают меня дождём. В прошлый наш приезд на Кавказ было так же. Ну что за дела!)
В Джилы-Су столпотворение, повсюду машины и человеки. Мы решаем не задерживаться. Зачехляемся и за час приходим на поляну Эммануэля. Дождь, к счастью, передумал нас мочить.
Отсюда уже виден Эльбрус! Он как раз раскрылся, выглянув из облаков, и сияет своей белоснежной макушкой. КАКОЙ ОН ОГРОМНЫЙ! Это нереально завораживает. Я представляю, как мы будем туда карабкаться, и… не представляю).

Поляна частично огорожена, видимо, чтобы к палаткам не подходили коровы. Этого явно недостаточно, потому что свободолюбивые коровки всё равно бродят где им захочется. Тут вообще полно живности. Вокруг бегают лошади, овечки, в траве шныряют суслики. Суслики тут вообще повсюду. Земля изрыта их лабиринтами. Кажется, мы на их территории.
Людей тоже много. На поляне стоит два приюта для любителей пожить в горах да с комфортом. Есть даже баня и кафешка кавказской кухни. Мы пообещали себе, что в конце обязательно побалуемся хычинами. Я уже дегустатор хычин со стажем, ела их 4 раза и каждый раз разные. Интересно, чем порадуют здесь.
Ещё на поляне замечена база МЧС с медпунктом, палатка гидов, прокат снаряжения. Вообще, здесь нехилая движуха. Люди приезжают на машинах, приходят сами, многие с детьми, некоторые в возрасте. Думаю, не все рванут штурмовать вершину, но треккинги по Приэльбрусью, кажется, весьма популярны.
В низинке находится источник с кристально чистой на вид водой. При внимательном рассмотрении можно найти в нём коровьи лепёшки, поэтому пить, пожалуй, лучше прямо у истока. Водица там хорошая, с крепким минеральным привкусом и даже с газиками. Многие тут моржуют, окунаются в источник. Температура почти как в проруби, но моржи выглядят счастливыми. Я тоже так хочу! Но что-то очкую, что меня загнёт от таких подвигов) А смелый Антон не очкует и смело бросается в воду с криками «ААААА!»). Ощущения, по его словам, мощные.
Мы обходим поляну в поисках палатки нашего товарища из России, но его тут нет.

Итак, мы доехали за 3 дня! Это гораздо лучше наших ожиданий, несмотря на трудный южнороссийский автостоп.
Теперь будем ждать Сашу.
Обнаруживается, что мобильная вышка на поляне подтягивает только Мегафон и Йоту. Мы со своим роумингом от МТС остаёмся без связи. Ох, того и гляди, через пару дней за нами прилетят мамы на вертолётах.
Я ухожу искать телефон на пару СМСок, а нахожу внезапно четвёртого человека нам в команду.
Его зовут Ниязи (русский с тюркскими корнями), ему лет 35. Он приехал на пикапе с женой и маленьким ребёнком. Уже пытался взойти на Эльбрус год назад, но не дошёл — замело метелью у Поворотного камня. Приехал сделать вторую попытку. Команду решил искать на месте, и рад, что нашлись мы. Рассказывает много интересного. Мы тоже рады заполучить в команду бывалого человека. Теперь все вместе ждём Сашу.
Так проходят примерно сутки. Мы релаксируем на поляне, привыкаем к лёгкой нехватке кислорода. Здесь, на высоте 2500, уже подкруживается голова, если походить по горкам. Здесь нежарко, с горы задувает ветер, как только солнце прячется — сразу холодает. Темнеет рано, теперь, в августе — часов в 8 вечера. В целом, тут здорово, конечно. Эльбрус вдохновляет, подмигивая из-за облаков. И спится тут на свежем воздухе просто замечательно.
Тем временем суслики забрались в нашу палатку и погрызли ореховые батончики. От 4 штук по кусочку откусили. Вот же мелкие вредины!

Саша добирается через сутки нашего стояния. Доехал за такое же время. Тоже жалуется на автостоп, но в целом доволен. У него сегодня день рождения, поэтому, пока мальчишки хвастаются друг перед другом своей снарягой, я прячусь в палатку, чтобы сделать торт. Из печенья, сгущёнки и бананов. Получается не совсем торт, но вкусно. Уходит на ура.
Я вот лично мечтаю о таком дне рождения. Угораздило же меня родиться в ноябре!)
Решено выдвигаться завтра с утра на Немецкий Аэродром, а потом — в радиалку к Северному Приюту.
Всё это волнительно и вдохновительно.

Назавтра с утра приходит Ниязи и говорит, что не сможет пойти с нами. Ребёнок плохо спал, видимо, его накрыла горняшка. Придётся возвращаться домой. Но он говорит, что всё равно вернётся через пару дней. «Такой вот я упрямый». Желает нам удачи и советует лишний раз не рисковать. Видимо, он уже знает, какого хардкора можно ожидать там, где начинается царство снегов и ветров.

Часть 2. Вверх!

Ну что ж, мы сложили наш лагерь из двух палаток и уходим вверх по тропе. Через часа полтора мы на Немецком Аэродроме. Это огромная площадка среди гор, почти идеально ровная, пересечённая людской тропой, с немногочисленными скалами. Вдохновляет!

Здесь мы ставим палатку (Сашину решаем спустить и оставить внизу, чтобы не тащить лишнюю массу) и уходим налегке в радиалку. Первое, что меня впечатляет — здесь ходит реально много людей. Нас пугали, что с Севера ходят только самые отважные, ходят редко, троп будет не видно, и мы заблудимся там без гидов…) По факту, тропы там видны более чем явно, ближе к Северному приюту тропа разделяется. Мы опробовали оба варианта. Ничего особенно сложного и страшного там не нашли.

И вот Северный Приют. Огромные серые камни, а дальше — снега Эльбруса. Среди камней ютятся палатки, три приюта и будки МЧС. Вокруг палаток выстроены крепости из камней. Нам рассказывали, что иногда здесь по ночам приходится держать палатку и молиться, чтобы её не унесло ветрами. От гигантского снежного Эльбруса веет холодом. Холод приходит вместе с полосой тумана, и развеивается вместе с ней.
Вокруг ходят люди, снаряжённые по-серьёзному, в солнечных очках и масках из крема от загара (с солнцем в горах лучше не шутить, особенно на снегу). Вообще, здесь царит дух настоящего альпинизма. Я такое раньше только в кино видела. Меня штырит от вдохновения. Мне здесь определённо нравится.

На 3800 я уже поднималась раньше, но сегодня у меня рекорд по набору высоты за сутки. 1300 м. Это, видимо, не хухры-мухры. Начинает болеть голова. Сашу тоже накрывает. Антон бодрячком, как ни в чём ни бывало.

К вечеру мы спускаемся назад, на Аэродром, к нашей палатке. Со всех сторон наплывают туманы.
Уже часов шесть вечера, темнеть начинает обычно в восемь.
Мы сжевали по паре печенек и решаем разделиться. Я остаюсь в лагере готовить ужин, а ребята убегают вниз на поляну Эммануэля, чтобы взять кошки напрокат и заинтернетить.
Нормальный план, думаем мы.
Я ухожу набрать воды в реку через весь аэродром, взяв с собой только бутылки для воды и аскорбинки.
И меня накрывает облако тумана. Туман реально как молоко, видимость исчезает дальше двух метров. Река шумит, я иду на шум. Иду метров 200, наверно. Наконец река. Я набираю воды и иду назад. Просто возвращаюсь по прямой.
Тем временем вокруг как-то совсем темнеет, небо затягивает тучами, и я понимаю, что скоро вдарит гроза. Погрёмывает гром, начинают мелькать молнии сквозь туман. А я иду в этом тумане, и упёрлась в какой-то здоровенный холм. Этого холма не должно было быть здесь. Его здесь не было. Я забираюсь на него, чтобы сверху оценить ситуацию, но сверху, как и снизу, ничего не видно, кроме тумана. Я слезаю с холма и иду туда, где по моим расчётам должна быть наша палатка, но прихожу к какому-то хребту, и перестаю понимать, где я. Я как ёжик из мультфильма, заблудилась в тумане. А над аэродромом гроза, и скоро стемнеет.
Я пробую покричать в этот туман — просто ради интереса. «Лююююдиииии! Есть тут кто-нибудь?». В ответ, конечно, полная тишина. Ну а чего я ожидала? Что выйдет группа спасателей с термосом горячего какао и за ручку отведёт меня к палатке?
Я брожу по аэродрому час, а может, больше. Чувство времени теряется абсолютно. И каким-то чудом мне удаётся собраться и найти подсказки на местности, которые приводят меня к нашей палатке. Серая палатка в сером тумане. Я забираюсь внутрь, и почти сразу же как из ведра начинает лить дождь с громами и молниями, в полную мощность, как это бывает в горах.
Я понимаю, что, если б не нашла палатку, пришлось бы искать себе ночлег под каким-нибудь камнем.
Я съедаю пачку аскорбинки, почти не замечая.
Я пережила незабываемые ощущения, можете мне поверить.
Но я в палатке, в сухости и тепле. А вот где сейчас ребята, можно только догадываться.
Мягко говоря, у меня есть повод за них переживать. Я варю им гречку, закутываю своей байкой и жду их. Свечу фонариком на вход палатки изнутри, надеясь, что хоть этим им помогу. На улице непроглядная темень, только молнии её взрывают вспышками. Дождь льёт.

Они пришли часа через два. Насквозь промокшие вместе с мембранными куртками, вымотанные, ругали дождь, ругали себя. Оказывается, они не взяли с собой фонарик. Они шли в полной темени по дорожке из камней, где можно улететь в реку или просто расшибиться. Шли наощупь. Падали, поскальзывались, проваливались в дыры между камней. Ко всему этому надо добавить непрекращающийся дождь и грозу. Потом они решили использовать фонарик на телефоне. Антон нёс его, прижав к лицу, под капюшоном. Как они дошли живыми и целыми, я не представляю, честно.
После переодеваний, обнимашек, ужина, чая, вскипячённого прямо в палатке, и эмоционального
обмена впечатлениями мы дрыхнем почти до обеда. Мы заслужили.

Назавтра почти на расслабоне поднимаемся со всеми вещами на Лунную Поляну. Немного изменили наш план в связи со вчерашней жестью, но вроде он не сильно пострадал.
На Лунной Поляне растут ромашки прямо на камнях. Они меня всегда восхищали, эти маленькие сильные горные ромашки.

А ещё оттуда шикарнейший вид на Эльбрус. Он всё ближе и ближе. Уже можно даже рассмотреть тропу на снегу.
Ночью опять налетает гроза, и ветер колбасит нашу палатку так, что, кажется, сейчас мы, как на параплане, взлетим на ней. Антон говорит, чтоб я перестала паниковать. Но мне всё равно не спится. К утру хардкор стихает, но тут уже и будильник.
В этот день мы поднимаемся до Северного Приюта и ставим там палатку. Закрепляем её по-максимуму. По-максимуму экипируемся и отправляемся погулять в кошках. Выходить после обеда явно поздноватенько, снег на склоне подтаял и превратился в скользкую кашу. Долго мы не задерживаемся, планируем завтра зайти повыше.

Назавтра мы повторяем выход в кошках, но уже с утреца. С неба сыпется снежок. Идём в связке. Я чувствую себя Пятачком, которого Винни тащит за лапку. Чем выше поднимаемся, тем чаще хочется отдыхать. Ноги наливаются каким-то цементом. Я пою про себя «Ду хаст» и разные бодрые жизнеутверждающие песенки, но силы постепенно покидают меня. На подходе к нижним скалам (Привет, поворотный камень!) начинает болеть голова. Сильно. Мы останавливаемся попить чайку, вроде как становится бодрее, но как только я встаю, чтобы идти дальше, организм упирается, и голова начинает раскалываться сильнее прежнего. Мне обидно, но приходится поворачивать вниз.

В лагере мы отъедаемся, отсыпаемся и планируем на завтра-послезавтра восхождение.
Вечером идём к спасателям, интересуемся погодой. Нам говорят, что завтра будет хорошо, а послезавтра — ещё лучше. Но мы решаем не ждать. Хорошо — это уже хорошо. Значит, завтра двинем в самый главный путь.
Мы регистрируем группу и снова зарываемся в палатку спать. Я просто проваливаюсь в сон, как в мягкую перину.
Ложимся мы здесь всегда рано, потому что в девять вечера уже полная темнота, к тому же, подъёмы у нас ранние, часов в 5-6 утра, да и сил тратится немало. Нужен мощный релакс.

Не помню своих снов в эту ночь, но помню ощущения, когда в полночь зазвонил будильник. Впервые за весь поход мы не валялись, оттягивая подъём и обещая себе «ещё 10 минуточек». Будильник прозвонил в ночной тишине, и мы встали. Почти бодрые. Решительные и серьёзные. В кошках мы не спали, как некоторые восходители, но собрались чётенько и довольно быстро. Правда, потратили кучу времени на то, чтобы в этой холодрыге вскипятить два термоса воды на чаёк. Решили не завтракать, чтобы ускорить выход, и набрали с собой разного энергетического допинга — орешков, сухофруктов, сладостей. Решили, что попьём чая на нижних скалах Ленца.
Вокруг со всех сторон происходило активное шевеление — штук 7 групп собиралось выдвигаться с разных уголков северного приюта. Несколько команд уже прошло мимо нас на тропу, светя налобными фонариками. Антон негодовал: мы собирались выйти в час, а вышли в итоге в 1:40. Были не последними, кстати. К моменту, когда мы вышли на склон, на тропе было полно народу. Сплошная цепочка светлячков, которые понемногу ползли всё выше.

Я надела на себя всю свою одежду, кроме пуховика. Термуху, лосины с начёсом, штормовые штаны. Байку, штормовку. Бафф на шею и шапку на голову. Двое носков и супертёплые рукавицы. Было холодно и темно, но сверху на нас смотрело огромное небо со своими миллиардами звёзд. Нереальное небо. От осознания его реальности кружилась голова. Было волнительно, но вместе с тем — ощущение бодрой решимости. Мне нравилось то, что мы делаем.

Идти было не то чтобы легко, но я решила даже не думать о трудностях как минимум до нижних скал. Мы топали себе и топали своей связкой из трёх пар ног. Делали шагов 30, отдыхали, шли дальше. По дороге обогнали 5 команд. Группы с гидами шли оооочень медленно. Берегли силы, наверное. Главарь нашей банды был молод и горяч, поэтому мы продвигались довольно энергично. То есть он продвигался энергично, а у нас не оставалось выбора)). Обгоняя пятую команду, мы попросили немного спустить паруса. А то не восхождение, а Elbrus Rase какой-то.
Решение пожертвовать завтраком было первой ошибкой, потому что до Поворотного камня надо было топать и топать, а голодные киты в наших животиках уже вовсю пели свои голодные песни. Организм нашёптывал, что ему бы не помешало немного углеводов. На звёздных батарейках долго не протянешь. На промежуточном камне мы решили присесть и захомячить по жменьке орехов. Пошлось немного легче.

Два с половиной часа мы шли 800 м до Поворотного камня. Там уже толпилось пару групп. Там же нас и застал рассвет.
Мы пили чай и залипали на творящееся перед нами зрелище. Было на что посмотреть! Поверьте, в жизни это было ещё прекраснее, чем на фото.

После всех фотосессий, чаепитий и восхищений мы решительно свернулись и пошли вверх.
Выше и выше.
Мы выстегнулись из связки и начали растягиваться. Каждый шёл своим темпом, но в целом все мы ползли со средненькой такой скоростью и много отдыхали. Антон решил взять мой рюкзак — один на двоих — со всеми нужными нам вещами. Я шла налегке. Как мы потом поняли, это была ошибка номер два. Рюкзак весил неслабо и отнимал много сил. Разумнее было бы разделить его на двоих.
Я шла налегке, но не сказать чтоб легко.
Тем не менее, я шла.
Снова пела про себя бодрые жизнеутверждающие песенки. Вспоминала всех известных мне сильных и мужественных людей — от Беара Гриллса до моих старых знакомых, и говорила себе: «Беар бы не ныл здесь, и ты не ной!». Всё это помогало. И я не ныла. Никто не ныл. Мы все шли, улыбались, поддерживали друг друга чем и как могли. Здесь можно было поддержать только словом, но даже слово в такие моменты очень выручает.
Какая-то группа отделилась и пошла по своей тропе на западную вершину. Все остальные шли туда же, куда и мы. Людей было реально много. Экипированных, бодрых, позитивных людей в разноцветной снаряге. Тропа была хорошо утоптана. Светило солнце, искря от снега, мы надели очки, потому что без них на всё это было реально больно смотреть.

Примерно на 5000 м мы шли по бесконечному отрезку. В горах такое бывает часто. Кажется, ну вот оно, совсем рядом, а ты всё ползёшь и ползёшь. Мы сели отдохнуть прямо на снегу. Я глянула на часы — 8 утра. Под нами проплывали белые пушистые облачка, под облачками были горы и зелёные холмы. Мы сидели и смотрели на всё это сверху. Что я обычно делаю в 8 утра? В лучшем случае сплю, а чаще всего — бегу на работу или учёбу через весь Минск. В этот день 8 часов утра были прекрасны.

Если бы здесь, на пяти тысячах, была вершина, можно было бы спускаться с чувством полного счастья. Красоты мы за сегодня повидали уже немерено, все личные рекорды были уже побиты. Но там, выше, оставались ещё 600 м. На которых мы ещё не бывали, понимаете? Хотелось забраться ещё выше и посмотреть, как оно там. Ох уж этот горный азарт! И это давало силы двигаться дальше.
Потом мы снова шли, шли, шли… На 5200, там, где кончаются скалы Ленца, мы повалились на камни и устроили второй завтрак. Чай был у Саши, а Саша был далеко. Мы решили ждать его.
С нами там сидел один парень. Я его ещё на подъёме заметила. У него на седушке было жирно выведено красным маркером: «Я живу километрами, а не квадратными метрами!». Сказал, что на Эльбрусе уже в третий раз. Потом пришли другие люди, пили чай, топили снег в кружках, рассказывали истории. Потом пришла парочка и попросила сфоткать их на краю скал с флагом их корпорации. «Нас попросили сфоткаться на вершине. Думаем, сойдёт!». Попили чаю и пошли вниз.
Мы сидели, смотрели вверх и обсуждали своё ближайшее будущее.
Погода была шикарная. Солнце, тишина, ни единого облачка над головой. Кажется, все облака остались там, внизу.

И нам всем казалось, что вот она, вершина. Уже совсем близко. Да что там, вот сейчас попьём чаю, встанем, и каааак рванём! Один чел рассказывал нам в красках и топографических подробностях, что и как будет видно с вершины. «Ого, как круто!» — думала я.
Саша дополз, сел на обрыве и заснул. Его явно горняшило. Ко мне уже тоже вернулись вчерашние ощущения: голова гудела, присоединилась тошнота. Антон, как и вчера, не проявлял никаких признаков горной болезни. Единственный из нас троих вегетарианец.
Спать на высоте — занятие рискованное, поэтому мы разбудили Сашу, вытащили из его рюкзака чай, напоили и напились сами.
Надо было двигать вверх. Вершина казалась совсем близкой, энтузиазм и азарт разгорелись с новыми силами. И мы двинули.
Неожиданно этот последний участок оказался самым резким и сложным. И бесконечно длинным. Метров через 100 мы встретили одного парня, он сидел в снегу и сказал, что не может идти дальше — слишком тяжело.
Мы шли, и шли, и шли. Я никогда в жизни так не уставала, честное слово! Ноги становились абсолютно ватными. Голову сжимало невидимыми тисками, и казалось, я сейчас обтошню всё Приэльбрусье.
Я отдыхала каждые три шага. У Антона не было горняшки, но у него был тяжеленный рюкзак. Мы подбадривали друг друга уже совсем не с бодрым видом.
Я представляла себе всё то, что будет видно с вершины, представляла, как мы стоим там, как мы танцуем там и поём самые безбашенные песни. Мне хотелось туда. Но силы меня покидали. Я начала замечать, что на остановках опираюсь на палки и засыпаю. Да, вот так вот, стоя. Это всё гипоксия. Говорят, мозг отключается первым, если организм недокормить кислородом.
А потом нам навстречу шли какие-то ребята, и мы спросили: «Далеко ещё до вершины?»
«Часа полтора-два, наверно!» — ответили они.
И это меня добило. Я поняла, что ещё час такой прогулки — и я засну прямо лицом в сугробе, и хорошо ещё, если меня разбудят, но ведь кому-то придётся тащить меня вниз!

И мы приняли решение. Антон скинул рюкзак и пошёл вверх. Сказал, что если не доберётся за час, то пойдёт назад.
Ребята сказали, что через несколько часов может испортиться погода, было уже часов 12, надо было торопиться.
А я пошла вниз с рюкзаком. По дороге разминулась с Сашей. Ему, похоже, было не легче, чем мне, но он, видимо, решил без победы не возвращаться.
Какой-то встречный дяденька, который шёл вверх, спросил: «Ну как?». — «Я не дошла. Горняшка!» — ответила я. Он попытался меня утешить, «Ну ничего, ничего, в следующем году вернёшься и дойдёшь!», но такое в подобных ситуациях не работает. Точнее, работает ровно наоборот. Дяденька пошёл вверх, а я вниз. Я, конечно, немного поревела. Под очками всё равно не видно. Дошла до верхних скал, сняла рюкзак, уселась и смотрела на облака. Такие пушистые, густые сверху. Смотрела недолго, почти сразу заснула, откинувнись на камне.
Не знаю, сколько я так дрыхла, но разбудил меня бодрый голос: «Доброе утро! Хотите конфетку?»
Этот человек шёл вверх и решил сделать тут привал. Он пришёл туда, чтобы спасти меня, это несомненно.
Он вручил мне конфетку, сел рядом, съел другую. Спросил у меня, как дела. Меня всегда веселила такая непринуждённость. Мы с ним начали болтать, я рассказала о своей неудаче, и, хоть он меня совсем не утешал, мне стало легче. Такое со мной всегда работает. Он расспросил о нашей команде, узнал, что мы автостопщики и самоходы, и выразил нам уважуху. Достал термос с ягодным морсом, разлил по кружкам, набросал туда снега, без лишних вопросов вручил мне одну. Этот морс и этот человек спасли меня. Мне стало намного веселее.
Мы дождались его подругу, а потом и Антона. Антона, который смог. Да, он взошёл! Я была рада за него, как за себя, если честно.
Мы ещё поболтали с этими ребятами. Оказывается, они пошли вдвоём, и палатка у них стояла на скалах Ленца. Хардкорщики, в общем. Они оказались очень классными. Сказали, что их любимое средство от горняшки — коньяк, звали нас в гости.
Серьёзно, прямо +100500 к настроению. Ещё раз убеждаюсь, что люди могут спасти любую ситуацию.
Эти ребята шли дальше вверх и предлагали мне попить ещё морса и идти с ними «на вторую попытку».
Но…
Я решила для себя, пока спускалась, что не хочу вторых попыток. Ни сегодня, ни завтра, ни в следующем году.
Я хожу в горы не для того, чтобы их покорять, а для того, чтобы любоваться. И проверять себя на прочность, и закалять свой стержень, и за новыми ощущениями, и ради суперкрутых людей, которые здесь, среди гор, встречаются порой.
Может, это был волшебный морс, но меня отпустило и больше не печалило.
Я была рада, что прошла через всё это, я была рада, что Антон взошёл, я была рада, что мы сейчас идём вниз.

Мы спускались долго и под конец совсем вымотались. Снег раскис в кашу, ноги плохо слушались, дико хотелось пить. Придя, мы напились ледяной воды с песком из ручья в Северном приюте. Потом мы долго бродили вокруг палатки, снимали с себя обмундирование, но главным занятием было приходить в себя.
Саша вернулся позже. Он таки взошёл. Сказал, что был на вершине один. Сказал, что даже слезинка счастья по щеке скатилась.
Я ему верю.
Вечером я исползала весь Северный приют в поисках душа, хотела устроить себе праздник. Сбила ботинки об камни, чуть не убилась несколько раз, нашла только один душ с холодной водой и полом из гнилых досок за 9 новых родных рублей. Я за такие деньги могу в аквапарк сходить в своём Молодечно! Так и вернулась немытая. Потом был душ из влажных салфеток, ужин из двух блюд и доооолгое отсыпание.

С Северным приютом было как-то даже жаль расставаться. Для меня он навсегда останется в списке крутых мест. Крутых и дорогих сердцу.

IMG_1799.JPG

DSCF8059.JPG

На следующий день мы уже двигались вниз и только вниз.
По традиции на спуске я грохнулась и поставила себе чернющий синяк на попе.
Мы нашли наконец Поляну Грибов, интересное такое место. Там из земли торчат прикольные грибовидные каменные штуковины. Мы полазали по ним, повдохновлялись видами вокруг. Везде, куда ни глянь, была красотища неописуемая. А потом мы заприметили внизу маленькую такую зелёную долинку среди гор. Там стояло пару палаток. Сверху она выглядела очень здорово и прямо манила нас. Решили спуститься на ночёвку туда. Там было немного заболочено, но зато прямо из земли бил родник с офигительно чистой и вкусной водой.
Этот вечер был добрым и безмятежным. Когда идёшь вниз, и впереди только спуск, всегда немножко грустно. Потому что ты знаешь, что скоро горы останутся позади, и ты будешь смотреть на них из окна отъезжающей машины. Но вместе с тем весело. Потому что столько всего пережито, и впереди душ, и хычины по традиции, а потом — море. И вот мы все в таком вот настроении сидели допоздна и думали каждый о своём. Почти не разговаривали даже. И было как-то так хорошо и уютно. Я варила еду, а ребята с вдохновением мастерили из камней стол со стульями. Потом смастерили подсвечник из мха, камней и свечей, которые были у Саши. И был у нас ужин при свечах.
И опять отсыпались под звуки дождя с грозой.

На следующий день мы спустились до самой Поляны Эммануэля.
Здесь были исполнены мечты о душе и хычинах. Ну как исполнены… Душ я нашла у МЧСников, это была такая же будка с холодной водой и полом из гнилых досок, но зато бесплатная. Сашу намазали кремом, он страдал от ожогов — лицо сгорело полностью. Крем от загара он полностью игнорил весь поход. У нас с Антоном сгорели губы и те места, где было мало крема. Так себе мы все выглядели, в общем.
Хычины мы заказали в местной кафешке прямо на поляне. И они оказались разочаровательными! Особенно разочаровались мальчики. Нам принесли какой-то блин с сыром, порезанный на 4 части. Ребята съели его за 3 минуты, я за 5 — максимально растянула кайф. На вопрос повара: «Ну как?» мы честно ответили, что мало!
Потом нам рассказали кавказские бабушки-старожилы, что настоящий хычин — это почти пирог с сыром, а такая ерунда, которую нам загнали втридорога, это по-ихнему называется «шкура».
В общем, самые вкусные хычины пока что я ела в Архызе. А в Приэльбрусье вышло досадно.

Напоследок на нас, опять же, по традиции, обрушился дождь. Мы думали на обратной дороге зайти в Джилы-Су, покупаться в целебных водах, но при ближайшем рассмотрении нашли там только толпы народу с машинами и одинокую ванну. Как-то не вдохновились и решили стать подальше.

Там же мы разделились с Сашей. Он решил задержаться на источниках.

Отойдя от тусовки на Джилы-Су на километр, мы шли по дороге, искали место для ночёвки. Был вечер и собирался дождь. Заприметили какие-то палатки и решили стать неподалёку. Рядом бродили какие-то люди. Мы уже выбрали место и собирались ставить палатку, когда услышали, что нас зовут.
Дальше всё было очень странно и забавно. Мне на протяжении всего вечера казалось, что я в каком-то кино, потому что для моей жизни это было слишком необычно. Антон потом говорил то же самое.
Так вот, оказалось, что эти люди живут здесь в своей огромной армейской палатке потому, что их прислали сюда искать чуму. Да-да, чуму.
И они зовут нас погреться и попить чаю. Очень гостеприимно зовут. Как в кино.
Мы решили — а почему бы и нет. И попали в какой-то абсолютно упоротый мир.
В армейской палатке была как будто бы казарма. Площадь квадратов 20, на полу в траве стояли кровати, штук 10. Посередине — печка, которую топили. От этого в палатке было как в бане. Нас усадили за стол, Тут же появился чай с батоном и вареньем, овечий сыр, арбуз и плов с мясом, от которого пришлось отказаться. Нас окружили люди, начали расспрашивать. Там были русские и кавказцы, был один мальчишка лет 12. Судя по бардаку, царившему в этих стенах, и по общей атмосфере, жили они тут не первый день и были чем-то вроде большой дружной семьи из 10 человек.
Короче, эти ребята, по их словам, исследовали сусликов. Когда-то пару лет назад тут, в Приэльбрусье, что-то нашли, и с тех пор постоянно мониторят сусличье государство.
Уж не знаю, как и что именно они исследовали, они напускали на себя таинственности, когда говорили об этом. Может, в соседней палатке была лаборатория.
Но по вечерам они собирались и душевно бухали, а потом играли в нарды. Вот и нас позвали.
От первой части программы мы вежливо отказались, а вот в турнире по нардам Антон поучаствовал, но проиграл. А потом мы все вместе играли в пять камней. И я всех обыграла, а Антон взял второе место.
Это был действительно очень забавный вечер. Обычно там, где звучит слово «водка», мне некомфортно и невесело, но это было настолько упорото, что я решила остаться из любопытства и не пожалела. Плюс одно забавное воспоминание в копилку.
Спать в свою палатку мы ушли за полночь, абсолютно трезвые, но весёлые.

Наутро мы решили стопить машинки до Кисловодска, чтобы не тратиться на такси. Пару часов простояли без толку. Что-то не то на Юге России с автостопом, определённо.
А потом случилось ещё одно приключение.
Рядом остановился какой-то дядя на газельке, набрать воды. Мы решили проявить инициативу, я пошла спросить, не едет ли он в Кисловодск. Он сказал, что нет. Потом отъехал метров 50 и снова стал.
Потом мимо шли две кавказские бабушки. Обычные бабушки в платочках и юбках, с добрыми и любопытными лицами.
«Долго стоите?» — спрашивают. — «Да уже часа два». — «И что, никто не берёт? А давайте мы вооон у того человека спросим, и если что, помашем вам!». И пошли к той газельке. Мы уже и забыли про неё давно.
Смотрим — машут!
Забавненько, забавненько.

Оказывается, они уговорили того дяденьку ехать через Кисловодск. Сделали нам доброе дело. Просто так вот.
В общем, нас усадили в кузов, потому что в кабине поехали те самые бабушки. Постелили нам матрас. Сбылась моя давняя мечта покататься вот так вот, в кузове. Потом, когда пошла дорога с ямками, трясло нас так, что взлетали на воздух. Ох, весело было!

IMG_1799.JPG

А ещё делали остановку по пути возле придорожной кафешки, чтоб поесть арбуза на свежем воздухе. Ели впятером. Огромный, вкуснющий. В Беларусь такие не привозят.
У них там на Кавказе есть такая своя фишка: арбуз с хлебом. И эти бабушки хотели купить хлеба в кафешке. А его там не оказалось. Погоревали немножко. И вот через 10 минут приходит хозяйка кафешки и приносит тарелку свежеиспечённых лепёшек. Просто так, в дар для нашей компании. И говорит что-то про зов крови, в общем, чем смогла, помогла землякам.
А они ей в подарок принесли дыньку).
В общем, о широте кавказской души мы узнали за это путешествие немало. Есть над чем подумать, вспоминая все те стереотипы, которыми забивают наши головы.

IMG_1799.JPG

Эти добрейшие люди довезли нас до Кисловодска и уехали к себе домой. А нас дальше ждало море и новые приключения. Но это уже совсем другая история!..)

А в этой истории самое главное — то, что мы не побоялись и сделали это. Мы проехали полпути автостопом. Мы видели мир со склона Эльбруса, а ребята добрались до вершины, и гиды тут, как оказалось, совсем не так уж необходимы. Да, конечно, без всякого горнопоходного опыта ходить туда самостоятельно я бы не посоветовала. Нужен опыт, нужны какие-то знания о том, что такое горы и что там бывает. Нужна хорошая снаряга, хорошее здоровье и хорошая физподготовка. И конечно, нужно очень любить горы. И тогда всё возможно.
Главное — не бояться!

IMG_1799.JPG
… и Антон, который смог!

 

Еще интересные статьи

Добавить комментарий