Лыжный поход на Северный Урал. Плато Маньпупунер

Лыжный поход на Северный Урал. Плато Маньпупунер
02-15.01. 2017

Поход с Левчиком в Зиму после нового года – это, как известно, традиция.
На этот раз я, наконец, созрел идти на плато Маньпупунер со столбами выветривания, куда уже Левчик давно меня зазывал.
Определились с целью и стали выяснять, где это и как это.

Автор: Кирилл Тихомиров

Оказалось – далеко, сложно и недешево. Северный Урал — крайне малонаселенный край.
Чтоб гарантировано попасть на плато, нужно забрасываться до Трехречья, базы геологов –это самая близкая к цели точка, 25 километров по прямой.
Дорога обратно – протяженный траверс Уральского хребта до перевала Дятлова, и выход на поселки Ушму, Вижай.
Это стандартный, практически единственный логичный маршрут. Километров 150-200, Занимает он дней 12 + запас на непогоду.

До базы геологов от крайнего поселка Бурмантово — под 200 км на вахтовке по тайге. Водитель, которому дозвонились первым, просил 60 тыс. И это при условии, если еще будет дорога-зимник…
Запасной вариант — 2 дня на снегоходе (Иван Моор 89089052945 — по 2 туриста на снегоход с санками). Только при минус 40 — это как-то совсем сурово.

В итоге нам повезло. Болота хорошо промерзли, гологам вовремя выделили финансирование — и зимник в этом году, в отличие от прошлых, в декабре уже был.
Договорились с Константином Приваловым (+7 950 6459717) за 28 тыс, правда, он потом сломал руку и передал нас Роману (+7 908 9000590)

Вдвоем — дорого и боязно. Стали искать людей. Двоих нашли сразу — Леху Селезнева и Сашу Носова – старых товарищей, из бывалых туристов-альпинистов. Катя Василевская единственная, кто откликнулся на объявление на poehali.net, тоже успела походить в горные походы. Несмотря на разнообразный туристичический опыт, для всех троих лыжный поход впервые, для нас Левчиком — по сути второй после Таганая.
В качестве источника вдохновения использовали известный в сети отчет соло-путешественника Андрея Подкорытова, также пользовались треком, любезно им предоставленным — трек, генштаб-склейка с привязкой, вариант для печати с наложенным треком.

Заброска.

2 января, в дождь и слякоть, садимся на поезд Москва-Приобье.
Сидим, мандражируем, гадаем, каково при обещанных прогнозом — 40.
Через сутки — станция Чусовая на фоне заснеженных Уральских склонов, сугробы, морозец.. даже лыжи попробовал на перроне. Незаметно перевалив невысокий здесь Урал, поезд поворачивает на север. Еще полдня — и в 4 утра наша станция – Ивдель. Нас встречает водитель Роман, расторопный молодой парень.
Мороз особо прочувствовать не получается. Сразу едем 2-мя машинами до поселка Полуночного, потом перегружаемся в вахтовку — грузовик ЗИЛ с закрытым кузовом, там лежанки, пышущая жаром железная печка, сразу видно, что для долгого пути…На вопрос сколько ехать, водитель отвечает уклончиво – север, однако!

Едем, считай, по белорусскому проселку, с единственным отличием, что дорога, похоже, бесконечная и единственная здесь, и ничего кроме леса, хмызняка и болот кругом нет. Болтаемся на полках, разомлев от жара печки, потеряв счет времени.
Из происшествий — один раз на ходу замерзает солярка, двигатель глохнет. На это случай под лавками есть бензиновый генератор, чтоб зарядить- разогреть аккумулятор, и горелка, чтоб подогреть бензобак.

В Трехречье мы часов в 8 вечера — получилось 15 часов в дороге.
С десяток вагончиков, несколько срубов, навесов, разнообразная засыпанная снегом техника.
Высокий мужик навеселе, зовут Николай, представляется начальником базы, поселяет нас в вагончике, с лежанками и печкой, показывает, где дрова, приглашает на кухню…
-Спасибо, нам свой бензин палить надо!
Слушает о наших планах, сокрушенно качает головой, говорит «Нууу… я вам не завидую, а впрочем….завидую, хотя нет, … не завидую…»
О деньгах речь не идет – все-таки приятно, что коммерция еще сюда не проникла.

Спим крайний раз в тепле, с утра дожидаемся, пока посереет – светает около 9, встаем на лыжи, уходим по-английски — куда-то все обитатели базы разошлись.

5 января. День 1.

Путь от Трехречья до плато Маньпупунер — исключительно зимний вариант, поскольку до Уральского хребта поднимаемся по рекам.
Весь первый день идем по широкой реке Луцоулья, похожей, например, на нашу Дрыссу.
Хоть пейзаж и напоминает белорусский, понимаешь, что кругом на сотню километров ни души, за исключением нескольких геологов. Можно представить себя разведчиком-первооткрывателем, идущим почти первым по этой дороге-реке.
Почти, потому что едва читается засыпанная лыжня.
Странно, геологи говорили, что никто еще не ходил в этом сезоне. Но кто бы это ни был, спасибо за помощь, без нее пришлось бы гораздо тяжелее.
Мороз в лесу, при тихой погоде, пусть даже в минус 40, не сильно беспокоит, просто не дает остановиться больше чем на пару минут. За это время можно что-нибудь в себя закинуть, поснимать заиндевевшие лица товарищей, и сразу же бежать дальше, во главу колонны, чтоб заняться согревающей тропёжкой.
А тропёжка жестокая!
На вид — снег как снег, сантиметров 30-60, казалось бы, беги себе в удовольствие.
На самом деле, он перемерзший, рассыпчатый как зернистый песок, лыжи проваливаются до льда, зарываются – на поверхность не выныривают, скользят еле-еле, ощущение, что на ногах гири..

example1 example1
example1
по реке Луцоулья
example1 example1example1 example1

Под вечер — а темнеть начинает пол пятого — с Левчиком из последних сил тропим совсем короткими ходками по 50 метров.
Последние метры — чтоб подняться на берег и сделать там стоянку – требуют вообще неадекватных усилий – снега немного, а лыжи протолкнуть не могу. И это только первый день, как завтра тропить-то!…

Растоптали площадки, дорожки, Леха с Сашей сделали большой костер – благо снег легко расчищался до земли.
Левчик прицепил к палкам градусник. Столбик опустился до минус 43. Ничего себе, рекорд для всех нас!
Выпили неразведенного спирта.
Воцарилось нездоровое возбуждение. Левчик спилил зеленую елку. Она повисла на соседках, осыпав всех снегом. Валили-валили ее вдвоем — не свалили… Потом за дело взялся Саша — подпилил ее и успешно свалил, … на палатку. Порвался тент, сломались и погнулись дуги.
Не менее успешно зашили тент голыми руками, дугу отремонтировали с помощью отогретого за пазухой армированного скотча и еловой ветки. На этом успокоились.

Палатка, кстати, — обыкновенный купол на 3 дугах, без печки.
В первый вечер боязно было уходить от костра и идти в нее спать.
Оказалось — вполне терпимо. Во всей одежде залезаешь в спальник, прижимаешься к товарищам, дрожишь с полчаса, пока одежда согревается. Потом можно и заснуть, хотя и сложно — первые ночи всегда сумбурные.
Предсказуемо все мокнет и обмерзает от конденсата, в особенности мой легкий спальник, но тут уж без вариантов.


example1

6 января. День 2.

С утра поменялись с Сашей лыжами — думал на более длинных легче тропить. Вместо этого выломал скобу крепления, порвал ремешок, пришлось заниматься ремонтом и догонять по лыжне авангард.
Там с новыми силами впрягся, пошло легче, чем в первый день, то ли тело привыкло, то ли снег поплотнее стал..
Сворачиваем с Луцоульи на приток – ручей Янысос. Стало интересней — больше быстрин-промоин, которые надо аккуратно обходить, несколько раз неожиданно проваливается пригруженный снегом лед. Но в ручье не утонешь — максимум намочишь лыжи, и придется соскребать лед.

Местность на Крыжовку под Минском уже не похожа. Плотно обступили речку ели с бородами-мочалами на нижних сухих ветках, в русле появляются нагромождения камней, летом здесь будут мини-порожки.
Вечером открывается второе дыхание, уматываю вперед, потом, как всегда, с умилением слушаю нотацию Левчика, мол, раньше надо было становиться, а то группа переутомится…
Сушин полно, опять разгребли снег до земли, устроили пионерский костер.
За этот день, как и за первый, прошли километров 12.

example1 example1
example1 example1 example1

7 января. День 3.

Плавно поднимаемся вдоль ручья. Ельник сменяется редколесьем из разлапистых корчеватых берез, кустов.. Резко прибывает снега, палки уже не достают земли. Но он уже слежавшийся, тропить несравненно легче, чем внизу.
Кругом то, что называют «зимней сказкой» — живописные сугробы, заснеженные ветки.
Чем выше, тем светлее. Наконец, показывается солнце, заставляет счастливо улыбаться. О его существовании, находясь в долинах рек, мы могли только догадываться.
Безветренно, потеплело до минус 30, поэтому даже кажется, что солнце греет.

example1
example1 example1 example1
example1 example1example1example1 example1 example1

Редколесье окончательно редеет и мы выходим на просторы пологих склонов Уральского хребта, тонущего в стылой сизой дымке.
Картины, может, и не раз виденные – но ощущение отдаленности и обширности пространств не покидает. Такого нет ни в Карпатах, ни на Таганае.
Наверху фирн с застругами, незаметно поднимается злой ветер в спину. Перчатки отсырели и вымерзли, новые достать из рюкзака на ветру при таком морозе – руки потом не отогреешь.. Остается держать их за пазухой и быстрее пересечь пологий перевал.
Проходим мимо поржавевшей металлической таблички, гласящей о том. что здесь исток могучей Печоры.
Плавно спускаемся в долину, поросшую невзрачными кустами, идем параллельно реке – пока еще ручью — до дровяного леса, начинаем раскапывать место под лагерь.
Без лыж уходишь по пояс, до земли не достать. Здесь, на западных склонах Уральского хребта, снега на порядок больше, чем на восточных, откуда мы пришли.
Поэтому вместо большого костра на земле — компактный на металлической сетке, натянутой между 4-х стволов.
Всем устроиться вокруг него сложно. Зато при большом желании можно сидеть за ним как за столом, сунув ноги в яму вытаявшую под сеткой.
У нас ЧП. Катя обнаружила на кончике пальца совсем некрасивый пузырь с виноградину, пребывает в легкой панике. Обморожение, только знать бы наверняка, насколько серьезное..
-Ааа… Это только начало! Мне отрежут палец, потом руку, потом заражение крови и летальный исход, а я еще слишком молода, и т.д. и т.л!
Пытаемся обнадежить, что, мол, ничего страшного, считай, обыкновенный ожег… Но как-то получается неубедительно, в особенности, когда у других ничего подобного нет и никогда не бывало.
Решаем так. До плато со столбами полдня, а там домик, в нем, возможно, служащие заповедника, которые, кстати, должны нас будут оштрафовать, т.к. разрешения на посещение в январе не выдаются. Тогда можно будет эвакуировать Катю, или хотя бы авторитетно успокоить.

example1 example1 example1

8 января. День 4.

Еще немного вдоль Печоры по открытой долине, потом поднимаемся  через могучий ельник. Склон  смотрит на юг, оттого залит солнцем, которого так мало в это время на такой широте. Лес укутан снегом, небо пронзительно синее — до этого все дни было в морозной дымке.
Троплю практически бессменно. Проваливаешься неглубоко, но все время вверх и вверх, кроме того, попадаются участки рыхлого снега, в которых буквально тонешь. А темп сбавлять нельзя, и так едва до избы успеваем дойти.

У Левчика, с которым мы до сих пор тропили на пару, окончательно срезалась мазь держания, а намазать при минус 30 замерзшую лыжу замерзшей смазкой оказалось невозможным – остается ему упираться палками и материться… У него единственного пластик без насечки — лыжи одинаково едут что назад, что вперед.

День  ясный, самый яркий за поход.
Плотный лес сменяет  мелкая ель, превращенная в фантастические сугробы, затем пояс разлапистых берез с сахарными заиндевевшими веточками, потом заснеженное криволесье, над которым зависло  гало в  виде маленькой радуги..
Останавливаешься подышать, оглянулся вокруг — и сил прибывает.

example1 example1
example1example1example1
example1
example1
example1 example1example1 example1

Выходим из леса на фирн склонов плато Маньпупунер  к концу дня.
Открывается вид на Уральский хребет, вид со стороны, позволяющий увидеть всю его перспективу.
Горы пологие, скорее холмы, но среди таких бескрайних и безлюдных пространств, что дух захватывает. То что ранее ощущалось подспудно, теперь перед глазами. Пытаюсь представить себе — полтысячи километров  на север — Приполярный Урал — гора Народа, реки Балбанью и Кожим, где мы с Лехой были в 2007 году, еще полтысячи — Полярный Урал, еще полтысячи – океан…
Видимость редкая для этого времени года. Нереальные розово-сине-фиолетовые тона зимнего заката, бледный диск луны. Красивое завершение красивого дня.

example1 example1
example1
example1

Солнце блеснуло оранжевым среди изодранных ветром елок,  скрылось окончательно.
Дом на пологой седловине, маячит издалека.
Не обошлось без курьеза. Обойдя пару раз заиндевелый дом, не заметил двери, видимо, потому что без ручки. Зато заметил наполовину заваленные снегом распашные ворота, начал отчаянно их раскапывать. Чуть ли не выломав эти ворота с Лехой, зашли внутрь, только тогда увидели «человеческую» дверь. Пришлось ворота обратно запирать и заваливать.

example1

Дом поражает воображение!  2 этажа, обширные сени, туалет.
Чего там только не было — печка, дрова, кухня с утварью, классная гитара, настоящий шаманский бубен, книжки, карты, неработающий приемник, запасы еды на полгода, даже генератор и газовые баллоны. Не верим счастью своему!

Следов пребывания людей в последнее время, правда, никаких.
Со спутникового телефона тоже позвонить не получается — спутник видит, даже оператора мобильного находит, потом вдруг пишет «position incorrect». Что имеется в виду — неизвестно, по крайней мере у водителя ТУРАЙЯ работал. Посему эвакуация Кати откладывается… Впрочем, Левчик обнаружил у себя такой же волдырь на пальце и полностью его проигнорировал, чем, вероятно, обнадежил нашу склонную к панике  девушку)

Оказавшись в тепле, понимаешь, как все-таки холодно снаружи, и как «упахался».
Разморило — не встать, поэтому поели, выпили и расползлись спать без всяких излишеств.

8 января. День 5.

Всю ночь ветер яростно что-то треплет снаружи…Проснулись поздно. В доме темно, окна чем-то закрыты или забиты, лишь одно маленькое окошко на 2-м этаже..
Высунулись на улицу– все в облаках, сидим в темноте дальше,   высунулись в 2 часа – более менее, можно что-то разглядеть.

А разглядеть нам надо столбы выветривания — Мансийские болваны. Если верить карте, это совсем рядом — не более километра.
В последнее время столбы настолько разрекламированы как одно из 7 чудес России, так что я даже не особо надеялся впечатлиться. Оказалось, зря боялся, на самом деле грандиозно.

За 4 дня мы уже успели привыкнуть, что кругом все распластанное — горы-холмы, ковер леса до горизонта, ни скал, ни даже камней.
И вдруг среди этих необъятных пространств вырастают каменные исполины, невесть каким образом здесь взявшиеся. Действительно великаны из мансийской легенды — стоят на покатом склоне, уходящем в щетину леса, высятся единственной доминантой над этим пологим миром, смотрят в бескрайние стылые дали.
Издалека масштаб теряется, подходишь – ощущаешь всю их мощь. 42 метра это немало.
Рассыпаемся, воодушевленно бегаем черными точками-муравьями от одного заснеженного великана к другому.
Погода ненадолго улыбается – позволяет фотографировать.
Небо  на закате становится оранжевым. Сквозь облака несколько раз пробивается солнце, появляется привычное радужное гало… Столбы то подсвеченные, объемные, то опять бесплотные в морозной мгле.

example1
example1 example1example1
example1
example1
example1
example1
example1
example1

Пройдет месяц — начнется сезон коммерческих туров, рекламой которых забит интернет, а пока мы одни, на сотни километров, как в давние времена, когда эти места были священными для манси, запретными для посещения.
А еще сильнее впечатления от того, что  шли сюда 4 непростых дня через мороз и снег. Чем более выложился — тем желаннее награда.

example1example1example1
example1example1
example1

Солнце скрылось, групповые фото сделали, ветер поторапливает обратно в домик. Возвращаемся с ощущением сделанного дела, в приподнятом настроении.
У Кати пузырь на пальце сдулся, сама смеется не переставая – видать, отпустило после стресса первых дней. Говорит, пожалуй, уже и не надо сниматься, пойдем дальше!
Что ж, ура! Молодчина! Я уж почти смирился, что в Трехречье возвращаться придется. А так — впереди самая сложная часть маршрута – 60 км по хребту до перевала Дятлова.
Зашились-починились, собрали рюкзаки, поставили будильник. Завтра в бой!

example1 example1

9 января. День 6.

Для начала возвращаемся на Уральский хребет.
Вышли  в серое утро. Ощутимо потеплело, небо затянуто — не зря второй день дует с юго-запада.  По верхам лыжню замело — пришлось еще с час тропить зигзагами, чтоб найти ее в зоне леса.
Зато потом как покатились, так остановились на обед только на месте нашей ночевки 2 дня  назад.
Интересное чувство, когда без усилий катишься по лыжне, у которой помнишь каждый изгиб и бугор, где пробивался между елок и барахтался в сугробах, или напряженно размышлял, куда дальше…Будто проживаешь все еще раз, только в ускоренной обратной перемотке.
Из долины Печоры выходим на Уральский хребет, поворачиваем на юг. Ветер встречный, но мороз уже не тот, позволяет и одеться, и сфотографировать, и поправить маску.
Поднявшись на перегиб, чуть спускаемся, идем траверсом. Оказывается, не так просто. Фирн не однородный – заструги, высокие волны-надувы, какие-то совсем жесткие доски, на которых канты не держат.
В конце концов, плюнул, снял лыжи — стал проваливаться по пояс – фирн чередуется с наметенными сугробами.
Ничего, надо просто приспособиться, искать, где удобнее идти по хребту — выше или ниже, времени еще предостаточно, 9 дней.

На последних переходах, как всегда, растянулись.
Догнал   Левчика, стали искать взглядом людей по склону — никого не увидели. Значит будем падать здесь, как раз площадку под палатку сделаем,  пока народ подтянется.
До дровянного леса, как бы кто не хотел, сбрасываться не будем – слишком большая потеря времени.
Катя пришла  пешком, прямо у рюкзаков в очередной раз провалилась в сугроб, вымученно матернулась..  Саша тоже ворчит, на свои санки-волокуши по кличке «жучка», цепляющиеся за все подряд, и на отсутствие костра…
Вот и первая «холодная ночевка», которых, как я планировал, должна была быть половина.

example1
example1 example1

Распаливаю внутри горелку, начинаем топить снег, палатка постепенно прогревается, после горячего ужина и нескольких чаёв — вообще душевно. В моих горных походах обычно после ужина был концерт, но у нас гитары нет, делать нечего —  начинаем укладываться…

Тут происходит нелепейшая ситуация. Леха, поворачиваясь в спальнике, выворачивает плечо, потом, скрежеща зубами, часа 2 его вправляет… В конце концов, к общему облегчению, ему это удается.
Ладно, утром вечера мудренее. Теплится надежда, что Леху разгрузим, пойдем дальше, рука ведь не нога…

10 января. День 7.

С утра действительно все ясно.
Леха настроен на вовращение в Трехречье. Ему не позавидуешь, он очень хотел пройти маршрут, теперь невольно становится причиной его преждевременного завершения.
Саша и Катя, не сильно этим опечалены, скорее наоборот. Это злит больше всего
Кажется, если бы все были настроены на работу, то разгрузив Леху, медленно, но уверенно, мы бы смогли идти дальше, ничего сложного ведь там нет…
Может, с его стороны это был бы подвиг. Но что поделаешь, не привык я щадить ни себя, ни окружающих…
….
И в общем-то ясно, что кроме плоских гор-холмов, ничего принципиально нового нас не ждало бы. Перевал Дятлова и гора Отыртен – не более, чем условные точки…
Но, все равно, в эти края я вряд ли вернусь, и вряд ли там побываю. И это досадно, как ни крути.

example1 example1example1
example1 example1

Что ж. Есть как есть.
Путь обратно в Трехречье оказался не скучным. Поскреблись по фирну, потропили в переметенном криволесье, еще ниже нашли присыпанную нашу лыжню. Картинки совсем другие, чем при подъеме 4 дня назад, будто шли в других местах. А потом сюрприз — снегоходный след.
И  вроде жалко, что на месте с таким трудом проложенной по речке лыжни теперь обыкновенная  лесная дорога. С другой стороны, катишь по ней раза в 3 быстрее, чем по лыжне, растягивать знакомый путь уже нет никакого смысла.
Собрались на впадении ручья в Луцоулью в сумерках, закипятили чая, съели халвы и колбасы, решили идти дальше сразу до Трехречья — еще километров 16-17.

На широкой Луцоулье — прямо лыже-ролерная трасса, ярко освещенная луной.
Традиционно растянулись.
Я бежал в спортивном темпе, разгорячился, разделся до флиски, снял шапку и перчатки. Было морозно, но тихо, снег искрился, лес по берегам отбрасывал угольные непрозрачные тени, какие-то черные птицы, устроившиеся спать на реке, с шумом вспархивали, поднимая облака снежных брызг. Вокруг луны — то белесые кольца, то полосы, то рябь, как на картинах импрессионистов. А если остановиться, часто слышно бормотание воды подо льдом. В общем, классно было.

На базе был пол 11, минут через  40 появился Леха, сказал, что давно никого не видел.
В   полночь  меня окончательно заела совесть, налегке побежал искать остальных. Первой встретил Катю у самой базы, потом Сашу, еще  через полчаса — Левчика, который окончательно потерялся во времени и пространстве — снял лыжи, шел пешком, и уже присматривал под каким кустом ложиться спать…

На базе все по-прежнему: 2 заросших геолога в свитерах, еще какие-то личности в камуфляже, может охотники, все навеселе, рады нежданному развлечению в виде нас.
Поселили в тот же вагончик, накормили, напоили чаем, налили самогона… Пообщались на самые разнообразные темы, узнали много полезного, например, что добывают здесь в долине золото, что летом сюда можно заехать только на вездеходе по руслам рек, что молодым семьям манси выделяют оленей и снегоход.

11-12 января. Выброска.

На базе, кстати, кроме прочих благ цивилизации, есть даже спутниковый интернет и телефон.
С утра набрал нашему водителю Роману.
Он удивился – сказал, еще б 10 минут, и он был бы уже недоступен…. едет по делу в стойбище манси, в нашу сторону, значит заодно и нас заберет.

Выброска и без того не близкая растянулась более чем на сутки.
Заехали аж в юрты Саклингья на реке Сосьва, рядом с озером  Турват. На озере провалился под лед грузовичок ЗИЛ, надо было то ли его вытянуть, то ли отбуксировать…
Чем и занимались всю ночь. Точнее мы спали в машине, а местные мужики прогревали, дергали, буксировали и  т.д., потом завалились к нам на нары – пришлось уплотниться.
Озеро, кстати, как я узнал в Минске, непростое.
Согласно древней мифологии манси здесь живет бог оленей Нёр-Ойка. Он был порожден одним из главных божеств — Нуми-Торумом. …
А еще в озере живет священное животное, невиданный зверь, который зовется Ялпын-уй. Больше всего это существо похоже на змею, только огромных размеров…

Утром, пока отдыхал Роман, познакомились с жизнью манси. Юрта Саклинга —  что-то вроде хутора  среди бескрайнего верхового болота. Кучно стоят изба, хозпостройки, клети. Живут сейчас здесь хозяин Савва с женой и двумя сыновьями — симпатичными стеснительными парнямии. Живут изолированно, как на необитаемом острове. Как промерзнет болото – «работает» зимник, в другое время — только вертолет..
Немного общаемся, угощаемся чаем, фотографируем местную экзотику — лыжи подбитые шкурами, освежеванные тушки соболей, ласковых собак, котов.
Конечно посмотреть глазами туриста интересно, но в целом положение удручающее. Хозяйство запущено, Савва перманентно пьян.
Не в последннюю причину от крайней неустойчивости к алгоголю, манси и исчезают.

example1 example1 example1example1 example1example1 example1 example1example1 example1 example1example1 example1 example1

В обратный путь — целым автопоездом.  Наша машина тянет фургон на полозьях из труб, вторая вахтовка  буксирует покореженный грузовик, который достали из озера.
Наше дело простое – еще 12 часов валяться на одеялах, подбрасывать дрова в печку, когда холодно,  открывать дверь, если не открывается примерзшая форточка, когда жарко.
Старый новый год встретили в поселке Полночном  — выпили шампанского с мужиками- попутчиками, посмеялись, побратались.
В заключение Рома с мамой на 2-х машинах завез нас в Ивдель, где мы в час ночи заселились в центральную гостиницу (всего 700 рублей за сутки, причем с момента заселения)

example1 example1 example1 example1

Поезд в Москву – завтра ночью, а пока  остается смотреть телек и пить пиво.
И размышлять на тему «Что же это все-таки было?»
А было, как ни посмотри, много всего… Хотя и сумбурно, хотя и поход лишь 1/3 от запланированного…
И что все-таки радует, главную задачу — увидеть столбы и не умереть) мы выполнили!

Источник: kir2003.narod.ru

1 комментарий

Сказочно красиво и очень правильный поход) Ура ребятам!

Добавить комментарий